Богатство и Драма Семьи Меньшиковых

 – Вы!

От услышанного у Виктора подкосились ноги. Поняв, что теряет равновесие, он едва не забыл, как дышать, а все вокруг рухнуло в одночасье. Второй обморок был едва ли дольше секунды. Младший Меньшиков очнулся, как только коснулся пола, но очнуться и прийти в себя все-таки разные вещи. Сорвавшись с места, Виктор схватил отца за домашний пиджак и стал изо всех сил трясти его, пытаясь привести в чувство. Едва Полянцев вновь схватил его за руки, как Виктор тут же отпихнул его с такой силой, что доктор едва не упал, но не тот ни другой не оставили своих попыток.

– Что, что с ним? – схватив врача, точь-в-точь, как только что тряс отца, заорал младший Меньшиков.

– Вы свернули ему шею, – безуспешно пытаясь вырваться, лепетал Полянцев.

– Да я тебе сейчас сверну, сука, – придя в неописуемую ярость, Меньшиков приподнял над полом свою жертву и откинул в сторону.

– Я звоню в полицию! – закричал перепуганный доктор и рванулся на лестницу, ведущую на второй этаж.

– Ах ты … – выругался младший Меньшиков и рванул следом.

Потасовка была недолгой. Нагнав Николая Серафимовича на лестнице, Меньшиков подцепил его за ногу и резко опрокинул. От неожиданности врач едва успел закрыть лицо руками, чтобы не лишиться зубов.

– Ты, это ты, паскуда, убил. Ты, тварь! – охаживая ногами верещащего Полянцева, приговаривал Меньшиков, – ты, гнида, мразота очкастая!

(Николай Серафимович, к слову, никогда не носил очки, да и на зрение не жаловался).

– Нет, нет, – слезно кричал изрядно потрепанный доктор, – не убивайте меня!

Сбив дыхание, Виктор закашлялся и остановился.

– Не убивайте, не убивайте меня, – скулил врач, пытаясь скукожиться до размеров горошины.

– Сука, заткнись! Что ты несешь, я никого не убивал!

– Не убивали, не убивали, простите, я никому не скажу.

– Замолчи, – ударив кулаками об пол, заревел Меньшиков.

– Не скажу, не скажу, не скажу, – дергаясь в такт собственным словам, как мантру повторял Полянцев.

– С чего ты несешь, что я убил отца?

– Не скажу, не скажу, не скажу, – бормотал врач, словно в забытьи.

– Отвечай! – Подавшись вперед, Виктор толкнул ногой трепыхающегося доктора.

Полянцев взвизгнул, но продолжал молчать.

– Как ты смеешь говорить, что я убил оцта, крысеныш!? – Помимо вопроса Меньшиков продублировал и удар.