История болезни. Том 1. Педиатрия

Посмотри и потом мне скажи, настоящий он или это твой папа.

Наташа посмотрела на тетю Тамару, в глазах девочки недоверие сменялось надеждой. Затем встала и, крадучись, вышла…

Спустя минуту в раздевалку донеслось радостное:

– Папа!

Я больше не буду

В феврале 1963-го матушку официально перевели на должность няни-уборщицы.

По сути: запись в трудовой книжке была лишь формальностью. Как я уже сказал выше, ребятишки давно уже считали тётю Тамару нянечкой.

Был среди ребятишек мальчик Серёжа. Мальчик как мальчик: иногда озорник, иногда вредина, иногда само послушание.

Была у Серёжи одна слабость: он невероятно любил жареную колбасу. Нет, конечно, всякие там конфеты и прочие сладости он тоже любил. Но если бы перед ним поставили тарелку с конфетами и тарелку с жареной колбасой и предложили выбрать что-нибудь одно – Серёжа выбрал бы колбасу, не колеблясь ни секунды.

К сожалению, в яслях жареную колбасу давали нечасто. Можно сказать, редко давали. Но в один весенний мартовский день на обед приготовили жареную колбасу с гарниром из гречневой каши.

Из кухни доносился такой аппетитный аромат любимого лакомства, что у Серёжи невольно текли слюнки и он ждал обеда как… Да как никогда в своей жизни!

Наконец группу позвали обедать. Серёжа вприпрыжку помчался к столу, на котором уже стояли тарелки. Но вместо колбасы в тарелках оказался совершенно нелюбимый суп.

Портить аппетит невкусным супом Серёжа отказался наотрез. Уж как тётя Тамара не уговаривала, не убеждала, что суп нужно кушать – Серёжа мужественно стоял на своём и ждал, когда принесут колбасу.

Но колбасу Серёже не несли. Все ребятишки давно уже съели первое и получили свою порцию колбасы с гречкой, а перед Серёжей продолжала стоять тарелка с ненавистным супом. От такой несправедливости Серёжа разозлился пуще прежнего. И когда вредная тётя Тамара опять поднесла к его лицу ложку с супом, Серёжа что есть силы ударил нянечку по руке.

В группе сразу стало тихо. Серёжа мрачно смотрел, как по столу растекаются капли пролитого супа.

Тётя Тамара медленно положила ложку на стол, окинула взглядом малышей.

– Все покушали? Молодцы. Тогда все идем одеваться и гулять. Все, – матушка выдержала паузу, – кроме Серёжи. Серёжа будет сидеть за столом, пока не скушает весь обед.

Вскоре со двора донесся обычный детский гомон. Тётя Тамара собрала со столов грязную посуду. И лишь Серёжину тарелку не стала убирать.

Серёжа, нахохлившись, разглядывал простенький узор на тарелке и думал.