Добрым словом и волшебной пулей

Быстро оделась под вопли командирши на Роба, о том, что он себе позволяет. Ну и "эта похотливая дура".

Криво ухмылявшийся Роб, спавший одетым, вылез из палатки, сказал мне:

– Пошли на охоту, прекрасная "красотка днём, в ночи козёл". Но если ты превратилась до рассвета, то я тебе… лицо набью! Я не хочу спать рядом с голым мужичком. Хотя девице лицо бить нехорошо, попрошу Жанну всыпать тебе хорошенько ремнём… Эй, Вика, хватит истерить. Натик просто из кота превратилась почему-то не в кошку, а в свой первоначальный образ.

– Я когда засыпала, загадывала, что превращусь в девицу. А перед этим из кота в парня не смогла превратиться. Я же только учусь, – прохихикала я, глядя на сердитое лицо Вики, которая не спешила успокаиваться.

Но когда мы уходили на охоту, Роб не отказал себе в удовольствии ещё разок взбесить Вику, предложив всё-таки провести собрание группы Каппа и прописать порку командирше, которая не справляется с командованием, зато шумит на весь лес.

Как же жалко мне было ту газель! Но красное ушко, которое мне сильно потрепал Роб, говоря, что я стрелок и хожу совершенно бесшумно, доходчиво сообщало, что я не права и даже наказана. И голодная танк Жанна мне ремнём всыплет, если я не добуду дичь… Ну хоть простреленную газель Роб сам добил своим тесаком. Я плакала… А потом ела вкуснейшее мною и приготовленное – я ещё в себе и магические навыки повара оказывается развила – мясо и плакала.

А ещё я покопалась в себе и окончательно поняла, что как и сказал Роб, я люблю себя! Сейчас люблю себя в образе прекрасного парня, и люблю себя в образе кота, в которого могу превращаться, и в образе кошки, в которую превращаюсь днём. Но пока с превращениями решила не спешить. А в образе парня я люблю себя прекрасную девицу. Ну у меня и каша в голове! А ещё я поняла, что хочу… Да! Хочу! Хочу Роба! Потому что хочу и плотской любви! И это тоже разрывает меня на части, потому что я отлично вижу, что Вика почти любит Роба, а он почти любит её.

Пришедшая с коровой Вика, а они уходили прогуляться, пока я готовила, села за импровизированный стол, взяла кусок мяса, прожевала, а потом огорошила нас:

– Мы… Я ходила на… поле боя… Там нет тел. Даже дракона! И на месте могилы амазонки выросло дерево, метра три высотой, но уже какое-то кряжистое и развесистое.