Конунг 3: Я принес вам огонь!

Разве что у какого-нибудь любителя коняшек могла дрогнуть рука (геральдика у фризов в ее запутанном земном виде пока не сложилась, но символизм «по античному типу», был распространен; и в нарядах его воинов или, как минимум, на щитах, обязательно присутствовало изображение «бегущего» треверского коня). Однако беззащитность эта была лишь уловкой.

Несколько десятков металлических пластин, нашитых изнутри в самых уязвимых местах, для нападающего стали бы изрядным сюрпризом. И подарили дополнительный шанс своему владельцу выжить.

При всем при этом, скрытая броня не давала быстро одеться без помощи оруженосца.

«Да чтоб тебя! – треснувшись напоследок лбом о невысокий проем, Игорь наконец-то попал наружу. – Ну, точно же…»

Две целеустремленные спины в одинаковом темно-зеленом платье с бардовыми вставками, практически успели добраться до «говоруна». Судя по тому, что торговец по-прежнему заливался соловьем и не почувствовал угрозы, шли они с самыми серьезными намерениями, и не планировали «смазать» развлечение, пустым трепом или беготней…

В отличие от юного болтуна, несколько его степенных соседей, прекрасно рассмотрели сгущающиеся тучи, и уже предвкушали «веселье».

Парень, своим неуемным красноречием, скорее всего, ни единожды перехватывал их потенциальных клиентов, и сейчас они просто жаждали такой развязки.

– Эй, юноша! Да-да, именно ты – болтливый продавец разговорчивого товара! – голос, привыкший отдавать команды, легко перекрыл базарный гомон. – Тебе все-таки следует решить: хочешь ли ты быть скальдом, или продолжишь торговать.

Но не спеши с этим, если продолжишь совмещать оба занятия, уверен, у тебя будет время поразмыслить об этом! Думаю, не меньше недели. Вряд ли сможешь быстрее излечить заслуженные тумаки! Я знаю, о чем говорю. Все семь дней до вашего города, эти болваны только дрались между собой, да отлынивали от работы.

Балагур обернулся, и рассмотрел сначала обладателя громкого голоса, а через мгновение – и «мстителей». Очевидно, прочитав что-то действительно тревожное в выражении их лиц, парень невольно сделал шаг назад, но опомнился и замер на месте.

Бежать – было нельзя, идти вперед – хотелось еще меньше…

* * *

У кого-то мог возникнуть вопрос: а отчего это ярл потащил с собой ненадежных «восточников», и мало того, взял в свиту их иэрсте рей-благородную молодежь? Тут дело непростое, и начать придется издалека…

…К концу войны за Треверскую марку ее «восточному анклаву» удалось отсидеться.