Будет вам война!

– Да ладно тебе, все путем! – Шанкр шевельнул уголком рваного рта. – Мы сделаем их!

Не успели пацаны рассредоточиться в придорожном кювете, как в перспективе шоссе нарисовалась встречная автоколонна: длинный зализанный «бумер» предупреждающе черного цвета, элегантно-громоздкий джип и роскошный попсовый «Камаро». Последней шла БМП модной камуфлированной расцветки. Принюхиваясь к шоссе пулеметным стволом, она остановилась на небольшом возвышении чуть в стороне, как бронепоезд на запасном пути.

Из-за руля «бумера» вылез долговязый мужчина с улыбчивым лицом жизнелюба и прожигателя жизни. Это и был Шура Долгопрудный – восходящая звезда Бандитского Петербурга, самый талантливый беспредельщик города. За спиной его уже маячили атлеты-автоматчики, все как один – с расплющенными переносицами и поломанными ушами.

Оба гангстера, стараясь не делать лишних движений, медленно двинулись навстречу друг другу.

– Здорово, брателло! – вежливо, но опасно произнес Аркаша.

– Мир твоему дому, кентуха! – по понятиям отозвался Шура.

После обязательного поединка взглядами и привычных ритуальных объятий оппоненты перешли к «терке».

Предъява Аркаши звучала очень серьезно. Несколько дней назад Шура Долгопрудный внагляк раздербанил одного коммерса, который отстегивал саяно-шушенским. Зубчатое колесо крышно-денежных отношений мгновенно замерло. Убытки бригады исчислялись цифрой со многими нулями. Ситуация требовала немедленного прояснения.

– Ушастый на нашей делянке работает! – развязно напомнил Аркаша.

– Но капустой теперь будет делиться с нами! – хохотнул Шура, цыкнув слюной на асфальт.

Ломоносый браток за его спиной театрально разомкнул «молнию» куртки-косухи и передвинул пистолет из-за спины на бок, чтобы его видели оппоненты. Мордатый Шанкр, стоявший напротив, мгновенно зафиксировал рукой висевший на плече «узи», демонстрируя готовность к продолжению разговора.

– Да ладно тебе, Аркаша! – примирительно улыбнулся Долгопрудный.

Аркаша мысленно перевел последнюю фразу на разговорный русский и охренел.

– Ты это что имеешь в виду? – спросил он, глядя крепко и сумрачно.

– Мы живем в правовом государстве… То есть по понятиям. А понятия в нашей стране устанавливает суд. – Обернувшись в сторону джипа, Долгопрудный коротко махнул рукой.