Будет вам война!

– И чего это они сюда прикатили? – удивился невзрачный.

– Чего, чего… За гревом, чего же еще! – ощерился нервный, легонько подталкивая Гамадрила чуть ниже спины.

17

Менты подкрались незаметно. Не успел Батя отойти от таксофона, как в перспективе заснеженной улицы появился милицейский «уазик». Яркие конусы фар на мгновение ослепили беглого арестанта, однако он не утратил обычного присутствия духа. Скользнув за дубовую дверь «Кроликовода», Батя задвинул за собой огромный железный засов и спокойно прошел в зал.

Подхватил тулупчик и, извинительно кивнув пацанам, через кухню проследовал к черному входу.

Темный коридор был пуст. Со стороны ярко освещенной кухни доносились бульканье кастрюль, шипение сковородок, стук ножей и повизгивания казнимых кроликов. Предсмертный скулеж грызунов заставлял сжиматься даже зачерствевшее сердце уркагана; параллели напрашивались очевидные и нехорошие.

Впрочем, у Бати еще оставался шанс не попасть под правоохранительные ножи. Для этого следовало незаметно покинуть звероколхоз, перекантоваться где-нибудь в лесу и с наступлением рассвета звериными тропами пробираться в Бандитский Петербург.

А уж там по старым связям выйти на саяно-шушенских…

Приоткрыв дверь, беглый арестант осторожно выглянул наружу, подставляя лицо под кислородную свежесть ветра. Заснеженное крыльцо радовало взгляд девственной чистотой. Окончательно успокоившись, Батя шагнул на крыльцо.

Уже закрывая дверь, он краем глаза заметил какую-то тень. И тут же ощутил, увидел на своем плече чью-то руку в форменном обшлаге.

Беглый зэк медленно обернулся, и в мозгу у него гулко лопнул воздушный шарик.

Перед ним стоял старший лейтенант Заметалин.

Однако Батю поразило даже не удивительное явление ненавистного «отрядного». На ступеньке ниже он различил двух бритоголовых атлетов весьма бездуховного вида. Одного из них вор узнал сразу: это был тот самый саяно-шушенский Шанкр, который и собирался подобрать его на трассе на «конкретной козырной тачке».

Странность увиденного могла бы поколебать в реальности кого угодно, но только не Батю. Грамотный хук в офицерскую челюсть опрокинул Гамадрила на лысых братков. Воспользовавшись секундной заминкой, беглец мгновенно скрылся за дверью черного входа.

– Что, бездуховные – ссучились? Мусорам продались? – подколодной змеей зашипел уркаган, лихорадочно нащупывая в полутьме замок.

Запор нервно скрежетнул и щелкнул. И тут же хлипкую дверь сотрясло несколько ударов.