Жиган и бывший мент

Но разговор этот был уже давно, пару месяцев назад, и с тех пор Генрих Львович к нему не возвращался, а Олег ни о чем не спрашивал, полагая, что в нужный момент его предупредят.

Может быть, это и было предупреждение? Только уж больно странное какое-то. Если его сейчас и предупредили, то о чем-то другом.

И еще одна очень неприятная мысль шевельнулась в его голове.

«Хорошо, конечно, – подумал он, – если Генрих Львович сидит где-нибудь сейчас, попивает свое любимое полусладкое «Токайское» и ждет результатов очередной гениальной интриги.

Хорошо, если этой интригой и объясняется его исчезновение. Если же…»

Кабанов осторожно снял палец с кнопки, словно это была кнопка взрывателя мины, на которой он сидел, и положил руку на стол. Пальцы его слегка подрагивали, и он не мог успокоить эту дрожь.

Олег Константинович Кабанов очень не хотел повторять ошибок Генриха Львовича Воловика. Поэтому и не стал вызывать охрану, поэтому и отпустил Константина, не организовав за ним слежку.

Искать второго человека, адрес которого дал Панфилову Воловик, не имело уже никакого смысла.

Что мог изменить разговор с ним? Только подтвердить информацию, полученную от Кабанова. Информацию о том, что Воловик принял Константина за представителя Белоцерковского. Принял и сдал ему своих людей. И вот этого самого Кабанова сдал, которого готовил для большой должности. Сдал, потому что это оказалось выгодным.

«Вот они – деньги, за которыми я гнался всю свою жизнь! – подумал Константин. – Они не признают ничего, кроме самих себя.

Деньги рождают новые деньги и желание иметь еще большие деньги! И это желание становится самым главным для человека, постепенно, против его воли завладевает им и вытесняет все другие человеческие желания. И вся его жизнь становится подчинена только деньгам».

Разговор с Кабановым помог Константину найти последний кусочек для мозаики и сложить общую картину. Все становится совершенно ясным, если допустить, что Мошнаускас работает на ГБ. Неизвестно, в силу каких причин Мошнаускас послал Константина охранять этот злополучный особняк Воловика, когда на его место должен был отправиться другой человек – то ли ошибся, не получив вовремя инструкцию от своего шефа, то ли сам затеял какую-то игру.

В любом случае Мошнаускас должен убрать Константина, как весьма нежелательную для его собственной безопасности фигуру. А для того чтобы убрать, нужно сначала найти. Вот пусть и попробует найти в огромной Москве человека с вымышленным именем.