Ревизор: возвращение в СССР 14

А Григорий остался стоять как оплёванный. Что за чушь! Это что, он ещё и виноват во всём?!

Да пошла она! Со своими авансами. – решил он, быстро собрался и покинул квартиру.

Лина, услышав, как хлопнула входная дверь, всё поняла. Ее раздирала злость и обида на весь мир. Почему все мужики такие?! Почему ей не везет, не получается встретить нормального заботливого и ответственного человека?! Почему Гриша вдруг решил, что она должна вокруг его сына носиться? Кто он такой? Пусть женится сначала, покажет заботу и любовь.

Тогда она уже и стала бы отношения с его родней налаживать… Проплакавшись, Лина умылась, скоро мама вернётся, надо себя в форму привести.

Вскоре вернулась Инга Леонтьевна. Ей одного взгляда, которым она быстро обвела квартиру, хватило, чтобы всё понять без лишних слов.

– Сейчас рассольничка сварю твоего любимого. – как ни в чём ни бывало сказала она дочери. – Кто он, военный? – Лина кивнула в ответ. – Ну и чёрт с ним. Их мотает по всему Союзу, ушлют куда-нибудь… Ищи его потом по заставам.

– Он сказал, что я не семейный человек… – глядя в одну точку, совершенно опустошённая, проговорила Лина.

– Сам он не семейный. – отрезала мать. – Наглый, упрямый!

– Он сказал, что я стрекоза, и что я лето красное пропела…

А вот это был удар ниже пояса. Инга Леонтьевна обиделась за дочь. Не по-мужски в самое больное место бить.

– Не понимаю, что ему надо?! – взорвалась она. – Красавица, с двумя дипломами, уже и с московской пропиской, и с отдельной квартирой… Мерзавец какой.

Он что, думает, можно вот так задурить голову девушке, а потом в кусты! Ну ка, расскажи мне поподробнее, что это за военный такой? Где служит? – Инга Леонтьевна требовательно посмотрела на дочь.

– А зачем тебе? Какая уже разница? – снова начав плакать, спросила Лина.

– А я письмо напишу командиру части его. – решительно сжала кулаки Инга Леонтьевна. – Поинтересуюсь, почему он моральным обликом своих офицеров не интересуется. Как допускает такое? Это где же это видано, чтобы так поступать с порядочной женщиной!

* * *

Закончил отчёт для Самедова, ещё семи часов вечера не было.

Всё по каждой фото-накладной расписал. Ко мне не придраться. Ну нет тут никакого криминала, от слова совсем. Ну, сэкономили одну-две шкурки за несколько дней – это максимум.

Уверен, Гагаринские на этом не успокоятся. Фархатыч наверняка спросит у меня о возможном плане дальнейшего расследования.