Ревизор: возвращение в СССР 14

Григорий сейчас совсем не был похож на человека, который хоть чуть-чуть любил бы её и хотел быть рядом. Все её иллюзии относительно него окончательно развеялись.

– Ну, за что мне всё это? – сквозь рыдания спросила она непонятно кого.

Чувствуя себя не в своей тарелке, подполковник не хотел уходить вот так. И чтобы его насильно женила на своей дитятке эта комиссар в юбке он тоже не хотел. А спорить и бороться с женщинами Григорий не умел и не хотел. Эти две бабы загнали его в угол!

– А чего ты ожидала? – разозлившись, спросил он.

– Как чего? – подняла она на него полные слёз глаза. – Любви, счастья, крепкого плеча рядом, детей… Неужели я так многого хочу?

– Какая тебе семья? – искренне удивился Григорий. – У тебя одни гулянки на уме. Стрекоза! Лето красное пропела… Какие дети? Тебе мама до сих пор обед готовит. Сколько времени с тобой уже общаемся, ты меня яичницей элементарной ни разу не накормила. Ты готовить-то хоть умеешь?

– Умею. – ответила успокоившаяся вдруг девушка.

– Лин, давай начистоту.

 – заметив её спокойствие, успокоился и сам подполковник. – Я к тебе приглядывался, присматривался… Ну, не семейный ты человек.

– Это еще почему? – возмущенно взглянула она на него.

– У меня сын, отец пожилой. Не в другом городе, а в соседнем подъезде. Ты даже не заикнулась ни словом, ни делом чтоб, хотя бы, познакомиться с ними. Я уже не говорю о том, чтоб тебе с ними подружиться, поладить… А они, между прочим, моя семья!

– Так предложил бы. – возразила Лина.

– Так я навязывать-то тебе своих родных не буду.

 – возмутился Григорий. – Я намекнул как-то раз, что можно вместе погулять с сыном, а ты вместо ответа меня к себе утащила. Я понял, что тебе это все не очень интересно и больше не предлагал. А тут ты вдруг заявляешь, что семью хочешь и планы какие-то имела…

– Понятно. – пожала плечами Лина.

– Что тебе понятно? – начал опять заводиться Григорий. – Если тебе действительно до кого-то дело есть, надо это показывать действиями своими, а не только на словах.

Вон, чужие люди, Пашка с Галиёй, о моём сыне больше беспокоятся, чем ты. Я их об этом не просил никогда. Да что я говорю-то? Как можно сравнивать? Ты даже не спросила ни разу про моего Родьку!

– Просто я решила, что авансов больше никому не раздаю. – решительно поднялась с постели Лина. – Я могу и любить, и заботиться. И готовить. – горько усмехнулась она. – Но не вижу смысла растрачивать себя на людей, которым на меня наплевать.

Она ушла в ванную.