В случае смерти разбить

На редкость отвратительный образец: вздернутый нос, морщины в уголках поджатых бледных губ, узкое лицо, непозволительно надменный для ангела вид. И голос глухой и пыльный, как сторожка. Пророк топтался за его узкой спиной, ударяясь локтями о стены, и придумывал дурацкие пророчества, больше похожие на проклятия.

– Всех проверять по журналу и отмечать прошедших. Вести отчетность. Бумаги в столе, – инструктор наклонился и дернул за ручку, но только поморщился от поднявшейся пыли, которой вполне хватило бы на новых Адама и Еву.

Пророку его кислое лицо доставило некое натурально демоническое удовольствие: он даже почти устыдился, но все равно быстренько прошептал:

«Унылые ангелы вредят вашему здоровью».

– Кто буянить будет – докладывать. Никого из нелегалов не пускать, понял? – отряхнув лицо номер шесть, инструктор сложил стопкой толстенные пыльные журналы, какие-то отсыревшие – слюни на них предшественник Пророка пускал, что ли? И посмотрел еще так свысока, что аж ноздри видно.

Чтоб тебя черти оприходо… А вот это истинно светлым, перо к перу, ангелам, точно знать не положено. Пророк кивнул, стараясь удержать свое лицо-камень, совершенно не стандартное, с веснушками и рыжими космами, по-чертячьи нахальное.

«Да родится новый антихрист и да сдохнет, заполняя бумаги».

Пророчества шли на редкость хорошо. Инструктор открыл рот, и морщины вытянулись, смылись. Пророк перекрестил руки на груди, готовясь к очередной кипе нравоучений, как вдруг в окно сторожки постучали, задребезжало стекло.

Кто – не видно, слой грязи толще, чем стены. Инструктор порывисто выглянул из-за двери, и до Пророка донеслось что-то, подозрительно похожее на ругательства. На брань у него был нюх – вытянулся и выглянул из-за косого плеча.

Перед сторожкой топтался, горбясь, какой-то парень неясных лет, в одежде с прорехами, с рыжеватыми волосами и мешками под глазами такого размера, что поместится вся пыль из сторожки и чуть-чуть из журналов – тоже.

В руках он держал косую потемневшую тыкву с прорезями, из которых лился тихий свет. Морща стандартное лицо номер шесть, инструктор осыпал на рыжую голову все кары небесные – и несколько вполне земных, – но тот только почесывал щетинистую щеку.

– Хватить сюда ходить, сыном божьим заклинаю! – инструктор потряс рукой. – Иди к чертям, там тебе и место, богомерзкий грешник.