КиберЧаръ

Но ещё и неосязаемой силе, которая разрушает города и уносит целые дома, если её разгневать. Она всегда рассказывала что-то особенное, вкладывая в каждый завиток руны исключительный смысл. Частичку своих воспоминаний: сквозняк в старинном доме своей прабабки, который подвывал в тени между почерневшими балками потолка. Он нёс с собой запах высохших полевых трав, чуть горький, но безумно притягательный. В другой части руны таилась их первая встреча с отцом, когда ветер развевал её платье и играл в волосах, пахло морем, молодостью и свободой.

Мама умела делиться чудесными мгновениями своей жизни, передавать их в неизменном, первозданном виде. Поэтому они откладывались в памяти навсегда.

Нежное голубое сияние озарило крышку сундучка, и пришла пора третьей руны. К огню тоже нельзя было прикоснуться, но он дарил тепло. Детское счастье от запекания картошки в углях. Согревающие языки пламени, настраивающие на страшные истории во мраке. Загадочные языки играющие на фитиле свечи. Всё это поднимало в душе тоскливое беспокойство от дней, которые безвозвратно прошли.

По отрывкам чужих воспоминаний, перешедших по наследству девочке из двадцать первого века, которой всё на свете, даже маму, заменила магическая энергия.

Лялька поджала губы, но подавлять нахлынувшие чувства не решилась. Поэтому хоть глаза и намокли, третья руна вспыхнула красным, и осталась последняя – мамина личная.

За спиной тяжело вздохнул отец, и она чуть не сбилась. С этой всё было одновременно тяжелее и легче. Такие руны пропитываются владельцем, и если знать его достаточно долго, то почувствовать скрытый смысл несложно.

Но заставить её открыться – гораздо труднее. Ведь наше представление о близких почти никогда не соответствует действительности.

Пришлось собраться и заставить себя ничего не видеть, и не слышать. Мама предусмотрела эти сложности и подарила дочери свой отпечаток. Весь тот запутанный клубок из памяти, прикосновений, вкусов, привычек, любви и ненависти, который она накапливала всю жизнь.

Всего того, что вросло в неё и стало частью характера. То, как она ходила, смотрела, думала и мечтала. Скрытое от невнимательного взгляда, но составляющее самою её суть. Этот код, вплавленный в закольцованный энергетический поток, оставалось только выудить из памяти и накрыть его отпечатком блёклый символ на сундучке.

На этот раз полыхнуло так, что Лялька зажмурилась. А когда открыла глаза, то увидела под крышкой гарнец с датой маминой смерти на этикетке.