КиберЧаръ

Именно таких, какие Лялька хотела услышать. Таких, которые представляла долгие годы. Таких, которые могла сказать только мама. Отец на такое не способен физически. Он как вытесанный из камня болван, которых находили на заповедных туземных островах в океане. Не может сдвинуться с места или оглянуться, чтобы увидеть, что мир совсем не такой, каким кажется с его каменного постамента. Всё давно изменилось. Даже то, что было записано запрещающими красными буквами во имя сохранения жизни.

– Никогда! – повторила она себе под нос и зашагала мимо поникших ёлок.

Ноги сами принесли её на работу. Вот только на проходной Дома съёмных помещений было слишком тихо. Седая сова в стеклянной будке, посмотрела на неё с деланным удивлением, но всё же махнула крылом, разрешая пройти.

Лялька передёрнула плечами, но подавила злость. Ещё не хватало срываться на чарушах. Она зашагала по пустынному коридору к приёмной общества «Уберём В.В.», но дверь оказалась закрытой. Чего за три месяца ещё ни разу не случалось.

– Что за день такой?

Её раздражённый голос эхом прокатился по вымершему Дому съёмных помещений. Она даже сжалась от собственной дерзости и напряжённо оглянулась, но ни одна из соседних дверей не открылась.

– Плевать на правила!

Лялька развернулась и хотела уйти. Пора было двигаться дальше, точнее подальше от глупой бессмысленной работы. Что её вообще тут держало? Надменный любитель пыли? Что в нём особенного?

Она дерзко ткнула ногтем в руну «подписка», представила Пушкина и внутри тут же раздались гудки.

Очень длинные и презрительные. Они тянулись сквозь голову от уха до уха и насмешливо лопались. На двенадцатом нервы не выдержали! Лялька яростно топнула и оборвала звонок. Да что он там о себе возомнил? Она уже хотела уйти, но вспомнила искреннюю заботу на лице Цветуллиной, которая добросердечно наставляла её у этих самых дверей, и остановилась. Мама так же долго и настойчиво могла убеждать её, когда хотела добиться понимания. Отмахнуться от такого сложнее, чем от бессмысленных запретов, поэтому она подняла ладонь и излишне сильно надавила на руну «подписка», так что на коже остался отпечаток ногтя. Представить в голове их нового куратора не составило труда, поэтому её голос, зазвучал почти мгновенно.

– Слушаю!

– Я… я…

– Проблемы в «Жерле»? – взревела Цветуллина у Ляльки в ушах.

– Нет на работе… тут дверь и никого…

– Ты не знаешь? «Уберём В.В.» закрыли из-за пандеклятья. Не волнуйся, мера временная.