Твой не любимый

Медленно подошла к постели, всматриваясь в черты лица и чувствуя, как все сжимается внутри, как хочется бросится к нему, поцеловать эти губы, убрать прядь волос со лба. Вместо этого я сжимаю руки до боли в костяшках и просто молча смотрю.

– Откинь простыню.

Говорит с закрытыми глазами, не глядя на меня. Голос глухой и видно, что говорить ему тяжело. Я не могу пошевелиться, и он уже почти кричит, но очень хрипло.

– Откинь я сказал!

Подхожу и медленно отбрасываю простынь тут же вскрикиваю, отшатываясь назад при виде перебинтованной культи.

– Ну как нравится? Нравится я спрашиваю?

– Влад…

– Просто отвечай на вопросы. Тебе нравится, сука, то, что ты сделала?

– Я этого не делала.

– Ни слова оправдания. Я знаю. Что это ты. Знаю. Не лги. Я накажу за ложь так, что ты… ты пожалеешь. Отвечай на вопросы. Тебе нравится?

Выкрикнул последние слова так что дернулась кровать, и я закрыла глаза, чтобы не видеть его перекошенное лицо.

– Нет!

– А придется вот с таким одноногим жить, поняла? Горшки выносить пока я здесь лежу, мыть, одежду менять.

Что мне ему ответить. Я не знаю. Мне больно вместе с ним. Да, я желала его краха, но я не желала ему смерти и таких страданий. Я бы никогда не смогла причинить ему такую боль. Даже из мести. Потому что…потому что несмотря ни на что я люблю этого палача. Даже сейчас, даже вот такого и мне страшно, что я это испытываю.

– Не готова. Нет. Ты даже не была готова на кладбище приехать меня похоронить. Ты смылась. Трусливая тварь. Ты просто смылась с моей дочерью, а меня убила.

– Я этого не делала! – тихо, не открывая глаза, стараясь не разрыдаться.

– Делала. Ты последняя кто был в машине. Это видно по камерам на парковке. Долго готовилась? Планы мести вынашивала, мечтала. Мать ты уложила в кому?

– Нет. Я ее не трогала. У меня были другие намерения.

– Лжешь, сука…опять лжешь.

Заскрипел зубами и датчики на его приборах запищали. Прибежала медсестра.

– Вам лучше уйти, – обратилась она ко мне.

– Никто никуда не уйдет.

Кивнула и снова сцепила пальцы. На меня наваливалась тьма, адская тоска, паническая атака. Я не могла находиться в больнице. Это вызывало во мне искренний ужас.

– Я… я не могу!

Выкрикнула и выбежала из палаты, побежала по лестнице и у самого выхода меня поймал Богдан. Схватил крепко и сдавил мои плечи.