Фантош для оборотня. Посвящение, или Игры насмерть!

Мда, его адвокаты поработали на славу!

Так что долгие разбирательства закончились для него отлично – в конце концов, Демьяна отпустили за неимением веских доказательств виновности.

Уверена, что это сделал он. Даже знала, кого убил, ведь фотки опознанных мужчин показали на экране – троих отлично помнила. Один – незнакомец, который у магазина пугал, а двое, которых по дороге домой в кафе видела. Пьяные.

Вот только зачем? Они же свояки! И пусть, что игрушку задрали. Она же – пустышка, так побаловаться. Сломается – другую найдёт.

Потом задумалась сильнее. Что-то не сходилось дважды два. Тварь, убивающая своих же. И ведь он уже убивал свояков. Тогда, в деревне, когда ко мне явился. И зачем зверем ко мне примчался, хотя мог на машине или самолёте, что гораздо быстрее? Казалось бы, пустяковые вопросы. Их когда-то и озвучить-то боялась, но сейчас. Могла и думала! Если насчёт транспорта и способа добраться до фантош – масса версий, да и голова болела каждую анализировать, то по поводу войн тварей мысли укреплялись.

Демьян тогда сказал, что таких как они, кто дичает – нужно убивать! Чтобы тень не бросали на всех оборотней. Чтобы не раскрыли их.

Почему? Боялись огласки?

Видимо, потому и сейчас это сделал – не ради меня и мести, а ради того, чтобы замести следы.

Мне не было его жаль. Удивительно, почему не воздействовал на разум тварей – так быстрее бы разобрался. Зачем глупая показуха? Надеялся, что увижу? Растрогаюсь?! Бред!

Его не может подобное волновать! Да и, вообще, не желаю о нем думать! Не желаю помнить о тварях! Нужно было попросить мне память стереть.

Чуть не скулила от расстройства. Хочу воспоминания о случившемся обнулить. Как же замечательно, наверное, тем, у кого амнезия.

Попыталась выкинуть Демьяна из головы, но, как бы ни хотела свободы, он уже был в моей крови и не желал покидать голову.

Вскоре остро поняла слова Шлёмы: посттравматика, самовнушение, слабый человеческий мозг. Так что, да, почувствовала всю прелесть ломки сознания без кукловода.

Нет, совсем не была уверена, что выкарабкаюсь. Мне было не просто сложно, порой казалось невозможно жить своим умом. Ловила себя на том, что сомневалась в каждой мысли, идее, слове, жесте. Где гарантия, что это я думаю, решаю, делаю, а не кукловод?

Могла обманывать кого угодно, но эта тварь – моя персональная слабость. Моя одержимость! Наркотик, от которого упорно отвыкала, но жуть как боялась вкусить вновь, ведь не была уверена, что смогу отказаться.