Мицелий

Даша мотнула головой, воткнула наушники, – они по-разному лежали в ее разной формы ушах, – и заглушила тоску декадансом: «Елы-палы, киска, все такая ерунда-а… А-а-а, а-а!»

Глава 3

Вход в лабу был со двора, рядом с табличкой «Круглосуточный нарколог». На табличке почему-то был некрасивый лев. Как львы связаны с наркологами, Даша не знала, но могла предположить.

1) Лев – он Царь Зверей, а нарколог – Царь Врачей! Или чертей. Или как посмотреть.

2) Лев не выходит на охоту. Никогда. Самки сами приносят ему свежую, готовую к употреблению добычу.

3) Лев – кот. Значит, ласковый, значит, душеспасительный…

«Какого пельменного цвета этот лев,» – подумала Даша между предположениями.

Как бы то ни было, она вынула наушники – они примагнитились, встали в пазы кейса – хлопнула крышка. Даша собралась с духом и толкнула дверь. Серые ступени одного пролета, такие же – второго, и, наконец:

– Здравствуй, Даша! – Света-с-ресепшена улыбалась лучезарно, как и всегда.

Ресепшен – нарост, необходимый, если лаборатория совмещена с офисом.

Если компания коммерческая. Независимая. С такой же коммерческой лабораторией.

Даша кивнула Свете, прошла мимо, в гардероб – там ее ждали шкаф, одни-и-только-одни свободные плечики, пуфик с облезлой кожей и, само собой, гора из обуви тех, кто уже пришел, и тех, кто не вернется сюда никогда. Конечно, речь шла о предыдущих временных сотрудниках: их босоножки, шлепки и туфли на плоской подошве неизменно и беспрестанно напоминали Даше (да и кому угодно) о том, что работать здесь – не хухры-мухры, что временно работать здесь – не хухры-мухры, что не каждый справится! И что быть стажером – это достижение и честь, недоступная для мягких мозгов и кривых рук многих и многих кандидатов в Постоянные Сотрудники…

Даша, однако, долго не могла понять, почему это все не выкинут.

Жалко? Экс-стажерам лень прийти? Они боятся? Их никогда и не было? Но сегодня Даша поняла и увидела: это не гора обуви. Это надгробие.

Даша бросила ветровку на плечики, сунула ноги в ортопедически-серые тапки, раскрыла шкаф, вгляделась в до боли знакомую куртку цвета хаки. На взгляд обычную, на самом деле – какого-то модного французского бренда: la kurtca, так сказать.

– Сергей Гавриилыч, ах, Сергей Гавриилыч, зачем же так радикально подходить к увольнению? Голова с плеч и – шлепки в угол…

Даша имела дурную привычку разговаривать сама с собой.

Представить это было легко.