Красная линия

По ее бормотанию я понял, что ей некуда идти, а потом она вообще отключилась. Что я, по-твоему, должен был делать? Бросить ее в баре?

Бездомная собака.

Сукин сын специально подобрал именно это сравнение, чтобы как следует меня разжалобить. Вегас был единственным, кто знал, сколько денег я каждый год анонимно жертвую приютам для бездомных животных.

– Ладно, – отмахнулся я. – Ты прав. Только займись ей, окей? Пусть нормально выполняет свою работу или проваливает. У нас здесь не приют Святой Патриции.

Эш снова оскалился.

– Я знал, что где-то в глубине души ты тот еще добряк!

Я продемонстрировал другу средний палец и направился к выходу.

– Когда я выйду из душа, ужин должен быть на столе, – на ходу бросил я и услышал в ответ о себе много нового.

Глава 6

Этим утром я чувствовала себя героиней американского ситкома, которая с самого утра хлопочет на кухне, чтобы накормить свою новоиспеченную семейку.

Но знаете что?

Пять штук баксов на дороге не валяются, поэтому я проснулась в шесть утра под воодушевляющую оперу Вивальди, установленную на моем будильнике, и бодро приступила к своим обязанностям.

Пока я драила непонятно откуда взявшуюся гору грязной посуды, потому что так и не разобралась с навороченной посудомойкой, на экране телефона трижды высветилось имя «Мудак».

Ну надо же, Скотт, пожалуй, впервые за двадцать один год своей беззаботной жизни проснулся в такую рань.

– Да пошел ты! – я ткнула мокрым пальцем в кнопку отбоя.

От вчерашних звонков этого мерзавца мой мобильный к вечеру уже дымился.

Каждый гребанный вызов отщипывает по кусочку от моего терпения. Которого, к слову, у меня не так уж много.

За каким чертом он вообще звонит? Что собирается сказать? Существуют ли вообще на свете такие комбинации слов, которыми можно оправдать предательство?

Слезы обожгли глаза.

Я впилась пальцами в столешницу и сцепила зубы, чтобы не разреветься.

Не хочу чувствовать себя жалкой! Не хочу! Не хочу!

Неожиданно что-то ткнуло меня в задницу.

От испуга я подпрыгнула выше, чем Роналду в гостевом поединке с «Сампдорией». Обернувшись, я увидела золотистую лабрадориху по кличке Твигги, которая внимательно смотрела на меня.

– Ну у тебя и манеры, дамочка, – покачала я головой. – Ты, наверное, проголодалась?

Крупная голова комично повернулась набок. В ту же секунду на кухню влетел Халк, а следом за ним и шоколадная лабрадориха Фрида.

– Вы что, подслушивали? – ахнула я.