Рассказы о пилоте Пирксе. Непобедимый

Чего не сделали бы Уилмер и Томас? Чего они наверняка бы не сделали? Они не стали бы убегать от какого-то маленького, паршивого, дурацкого светлячка, от глупого молочного пятнышка!

Он не хотел разворачиваться: развернувшись, он потерял бы из виду пятнышко, оставил бы его за кормой, а то, что там происходит, видеть труднее – нужно выворачивать голову к боковому экрану. Впрочем, он не хотел оставлять его за кормой. Он хотел видеть его как следует и непрерывно. И поэтому дал задний ход, используя тормозные дюзы для ускорения.

Пилот должен это уметь – это относится к простейшему пилотажу. Ускорение: минус lg, минус 1,6, минус 2… Ракета шла не так идеально, как на обычной тяге. Нос немного рыскал на курсе – все же тормозные дюзы предназначены для замедления, а не для разгона.

Пятнышко как будто заколебалось. Еще несколько секунд оно шло на убыль, закрыло собой Альфу Эридана, сползло с нее, потанцевывало между маленькими безымянными звездами – и, наконец, потянулось за Пирксом.

Оно не желало от него отвязаться.

«Спокойно, только спокойно, – сказал он себе. – В конце концов, что оно может мне сделать? Подумаешь – маленькое, светящееся дерьмо. Мне-то что до всего этого? Мое дело патрулировать сектор. Да пошло оно к чертовой матери».

Говоря себе это, он, конечно, ни на миг не отрывался от пятнышка. С той минуты, как он его заметил, прошло почти два часа. Временами глаза начинало жечь, и они немного слезились. Он таращил их изо всех сил и по-прежнему летел задним ходом.

Пятясь, особенно быстро не полетишь. Тормозные дюзы не рассчитаны на непрерывное действие. Он летел на восьми километрах в секунду и обливался потом.

Что-то было не так с его шеей – словно кожу на горле щипчиками оттягивали вниз, к грудной клетке… и сухость во рту. Он не обращал на это внимания, у него были дела поважнее, чем пересохший рот и оттянутая кожа на шее. Несколько раз он впадал в какое-то странное состояние – не чувствовал собственных рук. Ноги он чувствовал.

Правая выжимала тормозную педаль.

Не отрывая глаз от светлячка, попробовал пошевелить руками. Пятнышко подходило как будто ближе – до него оставалось 1,9, даже 1,8 километра. Выходит, догоняло его?

Он попробовал поднять руку – и не смог. Вторую… – даже не то что не смог, он просто не чувствовал рук, словно их не было вовсе. Попытался взглянуть на них – шея не слушалась. Она была жесткой, твердой, как дерево.

Его охватила паника.