Камень. Книга третья

Наконец это случилось, и четыре мутных пятна обрели резкость, превратившись в глупо улыбающихся Прохора, Вику и Владислава Михайловича Лебедева, рядом с которыми стоял незнакомый мужчина с озабоченным выражением лица, одетый в белый халат.

– Что я говорил? – спросил тем временем Лебедев у остальных. – Через пару дней Алексей Александрович будет в полном порядке!

– Цыц! – зашипел на него Белобородов.

– Самое главное, что его императорское высочество пришёл в себя, – веско сказал доктор. – А дальше будем посмотреть…

Вика же подскочила ко мне и схватила за другую руку.

– Лёшка, а меня ты помнишь?

Что за ерунда происходит? Почему этот вопрос Вика задала с такой надеждой в голосе и соответствующим выражением лица? Почему она вдруг решила, что я могу её забыть?

– Какого хрена тут происходит? – попытался спросить я, но кроме глухого карканья непослушные связки ничего выдавить не смогли.

И вообще, где я? Судя по обстановке, это палата в больнице, да ещё и доктор… Что за ерунда?

А врач в это время отвернулся, что-то взял, подошёл, отодвинув расстроенную Вику, и поднёс к моим губам стакан с водой.

– Алексей Александрович, пить только маленькими глотками. Если поняли меня, моргните.

Я моргнул, и доктор аккуратно начал вливать воду. Только после этого пришло осознание того, насколько же во рту было сухо.

– Где я? – удалось прошептать, после того как врач отнял стакан.

– Алексей Александрович, вы в больнице, – ответил он. – И вам сейчас требуется покой.

– Я лучше знаю, – отодвинув доктора в сторону, шагнул ко мне Лебедев.

После этого вопроса в голове как плотину прорвало, последние воспоминания буквально встали перед глазами: звонок Орлова в университет, рассказ Прохора в машине об обстоятельствах захвата заложников, беседа с Лебедевым и его утверждение, что я справлюсь, совещание в кунге и дикое погружение в темп при настройке на афганцев и заложников. А потом чернота…

– Что с детьми? – прошептал я.

– С детьми всё в порядке, – выдохнув, ответил Лебедев. – Все живы-здоровы. Этих четверых террористов взяли чисто, они не оказали никакого сопротивления. А вы, Алексей Александрович, под конец операции потеряли сознание от перенапряжения, а потом больше чем на двое суток впали в кому. Сейчас вечер среды. Не переживайте, скоро всё пройдёт, будете как новенький, – улыбнулся он. – Не прощаюсь. – Лебедев взял доктора под локоток, и они исчезли из моего поля зрения.