Девочка, которую нельзя. Книга 3

При этом минимум три раза нас останавливали на досмотр ДПС, а один раз даже распахнулись двери фургона, где, под прицелом вжатого между лопаток дула, сидела я.

– Это… – видимо обалдев от вида мешка на моей голове и связанных рук протянул чужой голос.

– Это шутка такая, командир! Традиция – похищение невесты! – рассмеялся один из конвоиров. – Пойдём, объясню…

Какая-то возня, двери захлопнулись… И спустя немного времени мы, как ни в чём не бывало, поехали дальше.

Уж не знаю, как это всё обстряпывалось, и с какого уровня влияния, но, похоже, полиция просто не хотела с нами связываться.

Странно, что вообще останавливали. Какие-то отдельные, особо идейные и непокорные системе персонажи? Возможно. Но тем интереснее, что заставляло их замолчать – пачка денег или пуля в затылок? Я бы уже ничему не удивилась.

Порядком измученную, с затёкшими суставами, меня наконец выгрузили из фургона не ради туалета. И тут же пересадив на другой транспорт, по ощущением что-то вроде открытого джипа или квадроцикла, снова повезли.

Было очень тряско, настолько, что один раз я чуть не вылетела из машины, но меня удержали жёсткие, грубые руки. И низкий хриплый голос что-то отрывисто рявкнул на незнакомом языке. Ну как не знакомом… Горный акцент кто из русских не знает?

Ехали довольно долго, но всё-таки не сутки. Скорее пару часов. После чего меня снова выгрузили и повели – как овцу на привязанной к шее верёвке. Почва под ногами была неровная, каменистая и шла под уклон – то вверх, то вниз. Иногда даже приходилось карабкаться наощупь.

В один из таких разов нога неожиданно поехала, и я сорвалась по уступам вниз. Больно ободрала колени и бедро, но далеко не укатилась – верёвка на шее не дала. Я повисла на ней, растянувшись на спине, и так и осталась лежать без сил.

Хриплый голос зашипел что-то сквозь зубы, меня затеребили, суетливо стягивая с головы мешок, хлестая по щекам. Я машинально открыла глаза… и увидела ночь, молчаливые силуэты гор на фоне бездонного звёздного неба и хмурую незнакомую морду бородача, склонившуюся надо мной.

– Ти живой? – спросила она.

И с тех пор глаза мне больше не закрывали. Видимо побоялись, что убьюсь окончательно. А может, и смысла уже не было – я всё равно понятия не имела, где нахожусь.

Проводников было двое, они шли в полном молчании, читая горы и тропы словно по карте, хотя, на мой взгляд, это было просто плутание безо всякого направления, да ещё и в полной темноте. Не считая яркой, словно фонарь, луны, конечно.