Стон и шепот

Быстро изучив остальное, я откинулся на спинку кресла и сцепил руки на животе.

– Ева-а-а… – не удержался и повторил вслух, задумчиво изучая фотографию на мониторе. – Девочка-певица, значит? Гнесинка? С таким-то колоссальным конкурсом на место и поступила на бюджет, хоть и на второй год. Талантливая малышка… и везучая. Если бы не твой голос, лежала бы сейчас в перелеске.

Я смотрел на нее и ощущал, как из-за спины подкрадывается то самое чувство, которое я гнал от себя весь день. Лютая жажда. Мне хотелось секса.

Закончить то, что начал, и оттрахать девчонку так, чтобы завтра встать не смогла, а меня наконец-то отпустило и перестало накрывать от имени и ассоциаций. Схватив пиджак, я поднялся и направился к двери. Хватит на сегодня работы… Уже сидя в автомобиле, по дороге к дому я быстро набрал номер Николая и с усмешкой спросил:

– И как себя чувствует наша дорогая гостья?

– Простите, ее пришлось запереть, – ответил тот, после чего раздался звук бьющегося стекла. – Блядь…

Связь прервалась, а я удивленно уставился на умолкнувший телефон.

Что там за херня происходит?

Глава 8

Демина Ева

Если этот ублюдок думал, что я сдамся и поверю в его сказки про спасение моей жизни, то глубоко заблуждался. Негодяй всерьез считал, что, вернувшись вечером, раздвинет мне ноги и закончит начатое с моего полного согласия. Я читала это по его глазам, слышала стальную несгибаемую волю в низком, чуть вибрирующем голосе. И да, он меня пугал. До мурашек на шее, спешно бежавших по плечам и вызывавших дрожь ужаса во всем теле.

Мне было ясно, что такой пойдет даже против воли, просто потому, что ему так захотелось.

Скотина.

Я металась по комнате в его отсутствие, силясь понять, что делать. Иногда, замирая, взволнованно смотрела то на дверь, то на окно, а в голове зрели планы побега. Один абсурднее другого. Я ведь не спортсменка, не скалолазка и тем более не воровка, чтобы уметь вскрывать замки.

Но мне очень нужно было оказаться на воле или хотя бы заполучить телефон.

Бабушка, не дождавшись звонка, наверняка разволновалась, а у нее больное сердце. Господи, только бы с ней ничего не случилось! Как же сообщить, что со мной все в порядке? Как дать ей знать?..

От понимания собственного бессилия в глазах появились слезы и сердце забилось, словно сумасшедшее. В очередной раз подбежав к двери, я тронула ее гладкую поверхность и вдруг яростно забарабанила по дорогому полотну.

С той стороны раздались шаги, и я снова испугалась.