Гальт

– Разодетые, напомаженные, увешанные цацками.

Пристыженные девицы потирали руки, укрывая их от взора, переступали ножками, прятали в складках одежды свои немудрящие сокровища. Но прекратив движение, каждая останавливалась в новой позе: понурая, виноватая, раскаивающаяся.

Наставница сделала новый оборот и вернулась к почерневшей от злобы Фиалке.

– Ты-то, – отчитывала наставница с особым ударением. – Ты здесь самая старшая. С тебя и спрос больше, чем с других.

Где другие и головы боялись поднять, Фиалка выкрикнула ломким голосом:

– Много ли толку от лицемерия? Не старше, а старее, – вам ли не знать.

Наставница внимательно выслушала брошенные обиды и спокойно, бесцветно даже сказала:

– Ты забываешься.

И протянула руку.

Изрезанная злостью Фиалка стала расстегивать замок на кулоне – подарке Кобуры. Замок не поддавался или она оттягивала его срок. Наконец не выдержал и он. Она подошла к наставнице, почти вплотную, так что протянутая рука ткнулась ей в грудь.

Выставила кулак, как будто вознамерилась ударить.

Но вместо этого разжала его и кулон выпал на раскрытую ладонь наставницы. Та потянула вещицу к себе, но Фиалка не отпустила. Она приблизила лицо к лицу наставницы и прошептала в него, почти прошипела:

– Знайте: всё, что заберете, я получу обратно с лихвой!

Даже не поменявшись в лице, наставница размахнулась и ударила ее тыльной стороной ладони.

Пощечина вышла звучной.

Вернув руки в исходное положение, наставница обошла согнувшуюся пополам воспитанницу и направилась к выходу.

Замухрышка предпочла не встречаться с ней глазами и отвела взгляд в сторону. Где угодила прямиком в пылающие очи Фиалки.

Та улыбалась, а из прикусанной нижней губы тонкой струйкой сочилась кровь.

Глава 8

#1

Они столкнулись в один из следующих дней.

Замухрышка доживала одну из темных полос. Какой-то неимоверной волей их тасовали как колоду карт. Чуть только удавалось набраться сил, как светлая полоса сменялась. И вот уже Замухрышка еле переставляла ноги.

С единственной надеждой, что прикормленные кухонные согласятся дать ей передышку.

На выходящую из кухни Фиалку она даже не обратила внимания. Попыталась протиснуться, но невеста преградила ей путь рукой. И настойчиво вернула пред собой.

– Погоди.

Даже лишнее фокусирование взгляда казалось Замухрышке зряшным трудом. Только усилием воли она заставила себя взглянуть на девицу.

На лице у той затаилась новая тень.