Ореол

Я пожал плечами и попробовал рассуждать логически:

– Что могло бы повергнуть столь разных людей в такие разные состояния? Как я понимаю, он показывал им одно и то же, иначе в истории слишком много переменных и она теряет смысл. Значит, это должно быть что-то универсальное и что-то настолько важное, что один взгляд на это может свести человека с ума или заставить его захотеть умереть. И даже сделать кого-то счастливым.

– На этот вопрос есть ответ. Я предлагаю сделать так. Это будет загадкой. Если вы не разгадаете её ко времени твоего отъезда, Александр, я скажу вам ответ.

Идёт?

Я кивнул:

– Договорились. Загадки я люблю почти так же, как и истории. Но ты сказал, что история как-то связана с тем, что сейчас происходит здесь, а я даже призрачной связи не могу обнаружить.

Артём улыбнулся:

– Всё свяжется. С ответом не спешите.

– Я хорошенько всё обдумаю перед тем, как дать ответ. А теперь нам пора. Надо только рыбу из лодки забрать.

– Так вы ещё и рыбы наловили? – усмехнулся Артём.

– Да, немного. Можем угостить.

Артём встал и похлопал меня по плечу:

– Я уж как-нибудь и сам наловлю.

Глава 5. Будда и вино из одуванчиков

До дома мы шли молча, и только оказавшись у входной двери я вспомнил сам и напомнил Охво про то, что нужно найти камень. Тот вздохнул и ответил, что чёртов камушек не выходит у него из головы с того момента, как он про него узнал, и что у него уже есть соображения, как начать поиски. Помощник заверил меня, что он ни на миг не выпустит из внимания эту проблему.

А меня он попросил запастись терпением и не волноваться. Я согласился с ним, после чего отправил его на кухню отнести рыбу и распорядиться о чае с вареньем, а сам прошёл в пустую гостиную.

Солнце светило через огромные окна зала, но вытянутая форма помещения позволяла лучам доходить не дальше, чем до его середины. Это создавало ощущение, что находишься в пещере. На это же работали и торчащие из стен куски скалы. С того места, где я стоял, в окна было видно только блестящую от солнца полоску воды.

Моё зрение сосредоточилось на этом участке воды, а потом расфокусировалось и внимание перешло на периферическое зрение, в котором главенствовали мягкие блики света на стенах. Я ощутил лёгкость в голове, будто шея больше не крепилась к телу. Внутри разлилась тишина, сопровождаемая отрешённостью. Мой взгляд расфокусировался ещё больше, и постепенно мягкий свет заполнил всё помещение.