Ореол

Марьянчик наполнил стопку и процедил:

– В том-то и дело, что это мешает нормальным людям. Занимаешься делами, настраиваешься на определённый лад, а вот такие блаженные ходят и морочат голову народу, вместо того чтобы делом заниматься. Вот даже здесь. Они не могут принять то, что им выпал отличный шанс отдохнуть, прочиститься этими полями, ради которых все сюда припёрлись. Сиди себе и получай заряд. Но нет, им и из этого надо устроить балаган. Всё это у них от скуки и от нежелания заниматься делом. А когда делом не занимаешься, то и других не уважаешь.

А они – эти другие, возможно, хотят тут расслабиться и отдохнуть, не выслушивая ахинею наподобие той, что сейчас прогнал Будда, – закончил Марьянчик свою тираду и осушил ещё одну стопку, закусив её хлебом. Недоеденный кусок булки он швырнул в сторону кухни.

– Охво, найди официанта и распорядись накрыть на веранде. Нужно ещё еды сообразить, – негромко крикнул я. Помощник кивнул и двинулся к двери в служебные помещения.

– Я, в общем-то, понимаю вас, Владимир Владимирович.

Но терпимей

всё-таки нужно к людям быть.

Марьянчик затряс головой:

– Нет, не понимаешь. Во вред это всё: толерантность, снисхождение, попытки понять и подстроиться. Всё это превращает мир в гадюшник. Только жёсткий контроль и принуждение к общим делам могут создать здоровое общество, иначе разброд и шатание. Посмотри, в какое говно превратилась та же самая Европа. Ещё недавно там было замечательно. Построил себе дом на холмах Гольф Жуан. Раньше там вокруг были прекрасные места.

Да одна Ницца чего стоит. А окрестности. Но теперь и там гадюшник. И непонятно, куда податься. Всё изгадили.

Я пожал плечами:

– По мне, там и сейчас очень даже неплохо.

– Двадцать лет назад было намного лучше. И даю тебе гарантию, что в ближайшие лет десять станет куда хуже, чем сейчас.

– Так что хуже-то стало? Что там толерантность такого натворила? Мужики голые за вами там бегают или мигранты вам на ботинки плюют?

В зале появились официант и Охво. Первый проследовал к столу,

второй – на лавку.

– Надо бы ещё закуски нам заказать, Владимир Владимирович, если выпиваем.

– Это ты прав, – захмелевшим голосом согласился Марьянчик.

– Давайте, может, по рыбке уже?

Марьянчик кивнул.

– Любезный. Вы нам щуку пожарьте, а окуньков распотрошите и почистите. Потом несите окуня сюда. Да, и ещё нужны ингредиенты для маринада, – сказал я и посмотрел на Марьянчика.

– Чёрный перец, тимьян, соль, оливковое масло, лимон.