Куджо

Спустя пару секунд взревел двигатель микроавтобуса, сначала на холостых оборотах, а потом под нагрузкой, когда Стив резко переключил передачу. Его поспешный отъезд сопровождался пронзительным визгом шин.

Донна закончила вытирать пол, периодически поднимаясь, чтобы отжать тряпку в раковину. Она смотрела, как белые струйки молока утекают в сливное отверстие. Ее всю трясло, отчасти из-за нервной реакции, отчасти от облегчения. Угроза Стива рассказать обо всем Вику как-то не отложилась у нее в голове.

Сейчас Донна думала лишь об одном: о цепи событий, приведших к сегодняшней безобразной сцене.

Она искренне верила, что ее интрижка со Стивом Кемпом случилась почти нечаянно. Непредвиденно, как прорыв канализационной трубы. Такие трубы, как ей представлялось, проходят под аккуратно подстриженными лужайками почти каждого брака в Америке.

Она не хотела переезжать в Мэн и пришла в ужас, когда Вик впервые об этом заговорил. Несмотря на то что они часто ездили туда в отпуск (а может быть, именно из-за того, что они часто ездили туда в отпуск), Мэн представлялся ей этакой лесной пустошью, где зимой наметает сугробов высотой в двадцать футов и люди оказываются отрезанными от мира.

Ее пугала мысль о переезде в такое место с маленьким ребенком. В воображении она рисовала картины – и про себя, и вслух для Вика, – как случится внезапная снежная буря, Вик застрянет в Портленде, а она – в Касл-Роке. И что ей делать в такой ситуации, если Тэд заберется в аптечку и наестся таблеток, или обожжется о плиту, или еще бог знает что? Хотя, возможно, ее страх переезда объяснялся простым нежеланием покидать суматошный Нью-Йорк, где вовсю кипит жизнь.

Но если по правде, это были не самые худшие страхи. Больше всего Донну пугало свербящее предчувствие, что затея с «Эд уоркс» прогорит и им придется ползти обратно, поджав хвосты. Этого не случилось, потому что Вик с Роджером работали на износ.

Однако это означало, что Донна целыми днями сидела одна с ребенком, и у нее неожиданно образовалось слишком много свободного времени.

Своих близких подруг она могла бы пересчитать по пальцам одной руки. Она знала их тысячу лет и была в них уверена – что бы ни произошло, их дружба останется нерушимой на веки вечные, – но вообще-то она нелегко заводила друзей. Она подумывала пройти аттестацию в Мэне и устроиться на работу.