Путь Сумеречницы

Он нес в руках сверток, от которого пахло горячей выпечкой.

– Не охай. Не совала бы нос, куда не следует, ничего бы не увидела.

– Зачем тебе это понадобилось? – Она поднялась и взяла себя в руки. – У нас же дела. Куродав, забыл? Что станет, если ее муж прознает?

– Так он сам и предложил. – Брат пожал плечами. – Наверное, надеется, что я их брак благословлю, или хочет оплату снизить.

– Оплату за что? – нахмурилась Лайсве.

– За демона-куродава, конечно. – Вейас указал на прислоненную к сеновалу жердь.

На нее была насажена жуткая тварь: ярко-алая, в зеленоватых и синих разводах, желтые колдовские глаза выпучены, косматая морда ощерена, видны внушительные клыки с запекшейся кровью.

Это чудище – давешний хорек? Что брат с ним сотворил?

– Пришлось схитрить. Но ты бы видела, как селяне перепугались! Чуть ли не ноги мне целовать бросились за спасение.

Лайсве отвернулась. К горлу подступила дурнота.

– Да перестань! Не ты ли первая взялась людей обманывать?

– Я хотела развеселить детей!

– Какая разница?

Как он может такое сравнивать?!

– Нужно нашего демона сжечь побыстрее.

Сомневаюсь, что краска на нем долго продержится. А потом позавтракай. – Брат протянул сверток. – Там пирожки с капустой и мясом. Только, умоляю, ни с кем не делись! Голодным и убогим твои подачки не помогут, а если ты упадешь от изнеможения, мы не сумеем оторваться от погони.

– Какой погони? – всполошилась Лайсве.

– Слухи ходят. – Вейас замялся и почесал затылок. – Похоже, отец поставил на уши весь орден и послал по нашему следу отряд ищеек во главе с твоим женишком.

Вряд ли бы отец стал усердствовать так из-за меня, а вот тебя вознамерился вернуть. Если мы не поторопимся, рискуем попасться.

– Мастер Вейас, почему так долго? Вы обещали! – раздался из-за притворенной двери капризный голос.

– Все будет хорошо. Справимся. – Он подмигнул и ушел ублажать селянку.

Лайсве потопталась на месте, пытаясь унять панику, но ничего путного в голову не приходило в голову.

Как там в Кодексе Сумеречников говорилось: «Нужно решать насущные проблемы, а не переживать о том, чего еще не случилось»?

Она взяла шест с куродавом и направилась к ближайшему перекрестку, чтобы скрыть следы обмана.

Языки пламени обгладывали «куродава», обдавая запахом паленой шерсти. Прохожие исподтишка косились на Лайсве, но она старалась их не замечать.

«Я уверена в том, что делаю. В сжигании куродава на перекрестке нет ничего необычного.