Мерцание зеркал старинных. Наташа – рождение яркой кометы

Мало времени у нас… Милая Наташа, как только ты чуть-чуть подрастешь и сама сможешь держаться в седле…

Я тут же захотела ее прервать и сказала с вызовом:

– Я прекрасно держусь в седле! У меня самые лучшие пони. И я всенепременно заберу их с собой!

– Конечно, заберешь, об этом уже отданы распоряжения. И графский подарок с вами поедет! Он отправится в новый дом и поможет тебе привыкнуть к новой обстановке.

– Подарок?! – глаза мои загорелись.

– Да, Наташа! – Катя лукаво улыбнулась. – Граф купил тебе двух породистых жеребят, они поедут вместе с твоими пони.

У меня было два пони, я их очень любила, но это же карлики, а не настоящие лошади! И я закричала, радуясь и прыгая.

– Катя! Настоящие кони! Они большими вырастут?

– Ну да, большими! Если, конечно, ты за ними ухаживать будешь.

– Буду, Катя, буду! – заверила я.

– Один черный как смоль, настоящий арабский скакун, а второй точно шоколад, темно-гнедой орловский рысак. Только ты, пожалуйста, будь с ними осторожна, пообещай мне!

– Я обязательно буду, Катя.

Давай скорей собираться!

Катерина усмехнулась, ласково глядя на меня.

– Чистое, невинное дитя, – прошептала она и, помолчав, добавила: – Наташа, и еще пообещай мне, что, если что-то пойдет не так в твоем новом доме, ты обязательно будешь мне рассказывать! Всё-всё, что с тобой происходит! Как хорошо, что мы буковки выучили и писать ты уже умеешь. Напишешь мне, не обижают ли тебя, ладно?

Я подняла на нее удивленные глаза:

– Кать, ты же только что говорила, что люди они хорошие? И…

– Ну мало ли… Я им очень доверяю, они действительно хорошие люди, но чего в жизни не случается… Обо всём мне пиши, слышишь, милая Наташа? Каждый день пиши.

Если хоть один пропустишь, я сразу же приеду.

Я поцеловала ее в обе щеки. Катя и правда была мне в этом доме самая родная.

– Я всегда буду помнить о тебе, и писать тебе буду, ты не беспокойся.

Но мысли мои уже были далеко, с моими лошадками… Я буду гулять с ними в парке, вокруг озера…

Катя помогла закончить сборы, распорядилась выносить мои вещи, и мы спустились вниз.

Дяденька Дмитрий и его жена уже оделись и были готовы к отъезду. Я в последний раз обернулась и окинула взглядом дом, который так хорошо знала. Добрый господин («Ох, как же его зовут-то полностью… Валерьяный, что ли?» – я никак не могла запомнить отчество) взял меня за руку, и мы спустились с крыльца.