Голоса

Я и сам понимал, что тут нечего говорить. Да, моей вины не было, но наша поездка снова не удалась. Наверное, где-то в идеальном мире, все по-другому. А вот у нас с ним только так.

– Ты сколько планируешь тут быть? – спросил я.

Друг пожал плечами, неохотно выныривая из глубины себя, чтобы ответить на мои дежурные вопросы. Я вышел из машины, забрал вещи, пожал другу руку, и он сразу уехал. Это, вероятно, максимально быстрое прощание. Без шуток, провожаний и прочего. Не то чтобы меня это обидело, но задело.

Я, конечно, ему ещё все выскажу, если не затопчу и не забуду, потому что так не делают.

На полуразрушенном перроне, в ожидании поезда, стояло несколько человек. Это весьма обнадёжило. Потому что остаться тут и узнать, например, что поезд отменили, не хотелось бы. Я подошёл к старушке, которая ела пирожки, сидя на лавочке:

– Скажите, пожалуйста, поезд приедет вовремя?

Она не обратила на меня никакого внимания и продолжала есть и смотреть куда-то перед собой. Я присел напротив неё, наши взгляды встретились.

– Поезд, будет? – спросил я максимально спокойным голосом.

– А-а-а-а-а-ай, о-о-о-ой, а-а-а-а, – громко закричала она. Бросила свои вещи и отскочила от меня на три метра. Ну, это совсем что-то новое.

– Да, шут его знает, – произнес низкорослый мужчина, держащий на собачьем поводке козу.

– А вы давно ждёте?

– У нас расписаний нет.

– Целый день стоите?

– Нет, конечно, что мы с ума сошли? Третий день ждём. Нет, вон тот мужик, наверное, четвёртый.

Он не наш, он как ты, путешественник. Бабку не трогай, она глухая.

– В расписании сказано, что раз в неделю ходит.

– То ходит, то не ходит. Потом в другой день приходит. Мы ждём. Потом домой уходим, а на завтра опять приходим ждать.

Это был какой-то сюрреализм. Так не бывает. Но это было правдой. Мужик рассказывал, как они героически ходят каждый день ждать поезд, рассказывал, как такие, как я ночуют прямо тут, а потом за ними приходит медведь. Ощущение нереальности не покидало меня ни на секунду.

Потом, наконец, голос разума заржал во всю, и до меня дошло, что мужик просто веселится, а я стою, как идиот, и вникаю в ситуацию.

– Вы издеваетесь?

Мужик посмотрел на меня ещё раз и засмеялся во весь голос:

– Ну, ты бы себя видел. А-ха-ха-ха-ха. Вот умора, а-ха-ха-ха-ха. Да приедет куда денется.

Глухая бабка, повернулась к нам и громко прикрикнула:

– Ну, хватит дурака валять, Митрофан. Вон паровоз идёт.