Без чувств, без эмоций, выжить

– Сделай проходку, так чтобы алкаша было видно. Вот. Отлично. Хорошо. Крупнее. Прямо на лицо. Отводи назад, уже поры на носу видны. Вот. Хорошо.

Такая, вот обыденность в моей жизни.

– Стоп. – Командует оператор. Мы замираем. Немного развернитесь в это сторону. Да, да, ко мне. Хорошо. Вот так. Отлично. Продолжаем.

– Поменяйтесь. Ты садишься на стойку. Оксана, немного орального и сядешь сверху. – Стен скрещивает руки, отворачиваясь в сторону. Что-то его явно злит сегодня.

Меня часто интересует, как каждый из нас вошёл в эту историю со своей ролью.

Вот, он читающий такие книги, от которых современного человека будет мутить на пятой странице, а он же взахлёб вечерами напролёт. Ещё он спит со Студентом, но при этом часто уходил с Настей. Мы бы хотелось заглянуть в его мысли и узнать, о чём он думает или мечтает. Или, о чём мечтает Оксанка, или Маша.

А о чём я сам мечтаю? Давно уже не мечтаю. Так, перелистываю день за днём. А может, вру. Ведь хотелось же с ней быть, даже если всё бросить и сбежать.

Не хочет. Представляю её, и эрекция крепнет, так что спина выгибается со стоном.

– Стоп. Стоп, выдохни. Оксана, не усердствуй. Нам ещё минут на тридцать нужно наснимать, а он долгий на повторный заряд. – Говорит монотонно Стен, словно заводчик питбулей в момент случки! Прямо ненавижу его в такие моменты.

Блондинка утирает размазанные слюни по подбородку.

Всё спало. Я понял, что, уже ушёл в другую сторону и чуть не кончил.

Первые разы со мной здесь только и случались фиаско, чем и заслужил такую репутацию.

«Первая съёмка – первое фиаско»

Вечером первого дня, сразу после нашего знакомства с продюсерами, которые окинув нас взглядом и кивнув, скрылись за дверью, оставив нас наедине друг с другом, а ещё и с мыслями, догадками или, скорее с перспективами выжить. Стен продемонстрировал обычный листок с печатным текстом.

– Это план на неделю. – Листок выпал из его пальцев на стол, – ознакомьтесь.

Напротив каждого дня было указано время и несколько имён.

Путём не хитрых и не сложных измышлений было понятно, день и время – это когда, а имена притягивали к этому, когда ещё и понимание, кто. Я числился в самой первой съёмке. Волновался достаточно для того, чтобы совершить ряд промахов. Что я помню про первую съёмку в этой студии? То, что я очень хотел спать, ещё я очень волновался и, конечно то, что я облажался.

Очень облажался.

Моей напарницей по злополучному процессу стала Василина.