Чумной доктор

Точно такое же необъяснимое происходило иногда по ночам, когда она оставалась одна, а папа задерживался на работе. Она лежала в кровати и ждала заветного щелчка в замочной скважине, чтобы услышать, как отец вернулся домой, и сразу после все ночные страхи отступали. Страхи и звуки. По ночам дом и квартира жили какой-то другой жизнью. Слышались шорохи. Скрипы. Иногда казалось, что в трубах кто-то стонет. Или плачет. Возможно, всего лишь игра со звуком. Возможно и… Вот об этом девочка старалась не думать.

Она отворачивалась к стене, к пыльному ковру, доставшемуся еще от прабабушки, стараясь заснуть.

Сон отгонял все страхи. Хотя сразу заснуть не получалось. Иногда слышалось, что будто кто-то осторожно бродит возле кровати, наклоняется к ней, заглядывает практически в лицо. Только и ждет, чтобы девочка откинула одеяло и повернулась. Посмотрела.

Она рассказала об этом отцу. Тот улыбнулся.

– Игра дома, солнышко. Это его обыкновенные шумы. Не более того.

Но та боялась. И боялась сейчас, когда за дверью стоял отец и просил открыть дверь.

Девочка не открыла. Вернулась в кровать, укрылась одеялом и стала ждать. Отец долго еще звонил в дверь, а потом все стихло.

Рано утром, когда в окна заглянул рассвет, девочка встала. Она вроде бы сумела немного поспать, периодически проваливаясь в микро-сны. Сейчас из-за этого у нее разболелась голова. Она прошла ко входной двери и глянула в глазок.

Дверной глазок был заляпан чем-то красным.

– Папа! – закричала девочка и все же открыла дверь.

Вся лестничная площадка перед квартирой оказалась залита кровью, а в центре лежало тело отца с неестественно вывернутой шеей. Ей показалось, что у него наполовину отрублена голова.

А потом снова зазвонил телефон. И когда девочка сняла трубку, то услышала голос:

– Ты такая умная, девочка-солнышко. Ты правильно сделала, что не открыла дверь. Очень правильно.

1

Чумной доктор появился в середине октября, распространяя вокруг себя запах горелого мяса и испорченной еды.

Одетый в черную длинную куртку, убийца был практически неприметен, под стать унылым сумеркам второй половины осени. В руках он держал желтый пластмассовый бокс прямоугольной формы, предназначение которого еще только предстояло разгадать. Лицо скрывалось под медицинской маской, а руки защищали черные перчатки. Открытыми оставались только глаза, не выражающие ничего, будто и не глаза человека вообще. Вполне возможно, именно так и было.