Теодорик

В его воспоминаниях, с течением времени превратившихся в разрозненные фрагменты, состоящие из голосов, солнечных бликов на воде и ярких пятен, родной городок рисовался ему строгим белокаменным городом, раскинувшемся в низине. Он помнил булыжные мостовые, кованые указатели с вычурными завитками и аккуратно постриженные кустарники с листьями причудливого, багряного цвета круглый год.

Сейчас, стоя на возвышении и любуясь раскинувшимся внизу городом, Теодорик искал глазами хоть что-то, хоть одну деталь из своих воспоминаний.

Дома с конусовидными черепичными крышами оранжевого цвета буквально утопали в зелени многочисленных деревьев и кустарников. Мостовые были, но даже издалека становилось заметно, как пробивающаяся к солнцу зелень раздробила камень, покрыв его сетью глубоких трещин. Шум встревоженной ветром листвы смешивался с едва уловимым скрипом прокручивающихся на верхушках крыш флюгеров, которых здесь было прямо-таки в избытке.

Теодорик непроизвольно шагнул назад, затем, немного подумав, вновь подался вперёд, пытливо вглядываясь в миниатюрные фигурки людей в ярких одеждах. Конечно, расстояние слишком большое, но вампир всё же мог бы поручиться, что «своих» он здесь не отыщет. Но как такое может быть? Эти земли принадлежали их расе много веков! Неужели последствия треклятой Инквизиции Крови оказались настолько масштабными, что его сородичей изгнали из их же законных владений?!

Вытащив из кармана несколько помятые, но всё же уцелевшие после перемещения тёмные очки, Теодорик водрузил их на переносицу.

Неизвестно, как сильно здесь поменялось отношение к вампирам, лучше не рисковать.

Спустившись со склона по полуразрушенной лестнице, он замедлил шаг, подстраиваясь под неторопливый ритм жизни местных. Как в любом маленьком городке, ни пойми откуда взявшийся чужак мгновенно завоевал всеобщий интерес. Тёмные очки с покосившейся дужкой, мятая, некогда белая рубашка и штаны излишне свободного покроя – всё это явно не способствовало цели слиться с толпой.

Эту несуразную одёжку ему выдали сразу, как только он очутился во владениях Принца Тьмы, а последующее перемещение, морские волны и песок окончательно ухудшили дело.

Торопливо свернув к первому же домику с изображением иголки и нитки на вывеске, Теодорик снял очки, обворожительно улыбнувшись женщине за прилавком.