Катастрофа на драконьем факультете

Но я его не слышала:

– Мамка моя очень домовитая, все наперед в быту просчитывает – с ее характером в торговки бы идти! И все равно если бы она увидела, что кого-то из соседей беда прижала, так не поскупилась бы – выругала бы за нерациональность, лицо бы грозное сквасила, но помогла! И это всех касается – лисы пакостны, поскольку с колыбели их учат пакостить. Волки служат, ведь им сразу пример смысла существования показывают. А драконы… Да, древние драконы были именно таковыми, чтобы богатства не выпускать, так ведь и эволюция не стоит на месте.

Но нет ничего проще, чем воспроизводить традицию!

Сат развернулся ко мне полностью и долго смотрел в ожидании, пока я переведу дух. Ответил же предельно спокойно:

– Я бы всерьез подумал над этим, если бы внутри эту самую традицию не ощущал. Она не надуманна, если интересно. И очень странно, что в тебе этого же нет – комка огня, который готов взорваться независимо от воли. Возможно, появится позже, ведь ты от чистой крови очень далека.

На это у меня аргументов не было. И пришлось вновь усесться на скучный стул. Но теперь Сат уже не отрывал от меня взгляда:

– Кларисса, для тебя есть задание, пока ты еще официально служишь. Сегодня ты спишь здесь.

– Что, прости? – прозвучало оскорбительно, но именно оскробление и содержалось в моем выдохе.

– Что, прости? – вторил мне почти тем же тоном его сосед.

Ему Сат ответил безразлично:

– А ты, кстати, спишь сегодня в каком-нибудь другом месте.

К ужасу моему, дракон медленно кивнул и поднялся со своей кровати, отбросив учебник – видимо, пошел присматривать себе место для ночевки. Ему, судя по виду, вообще было не очень понятно происходящее, но так обращаться с драконицей – это уже серьезный перебор. Но и спорить с эйром он был не приучен… Так что это – кровь или воспитание?

Однако у меня настрой был другим. Я тоже поднялась и заговорила как можно неэмоциональнее:

– Знаешь, Сат, я далеко не все готова терпеть.

Кроме того, только и жду секунды, когда меня выкинут из академии, потому поздно уже чего-то бояться. И о таком поведении я все-таки напоследок сообщу ректору – пусть твой дядя знает о племяннике все!

– А чего он обо мне не знает? – весело удивился Сат.

Действительно, откуда мне быть в курсе? У них, может, вообще вся семейка развратная, а я случайно возвела ректора на постамент моих личных героев.