Два полцарства

Она посмотрела на меня как на сумасшедшую:

– Ты о ком сейчас? О моих пацанах, которые весь район в страхе держат?

Этой информации я не удивилась, но кивнула:

– Да. Я пойду, с ними пообщаюсь. И пригляжу заодно.

– А! Боишься, что дому Егора финиш? Разумно! Иди, иди, только помни – я тебя о таком не просила!

Я поднялась на второй этаж, мальчики носились по коридорам и врывались во все комнаты в хаотичном порядке. Я села на подоконник, просто наблюдая за ними со стороны – вроде и при деле, и ничем не занята, только бы не оглохнуть.

Дмитрий за мной не пошел, это выглядело бы странно в глазах Лизы. Я невольно начала задумываться, что это прекрасная возможность для новой попытки побега, но глянула в окно и тяжело вздохнула. Охрана бдит, как раньше никогда не бдила – в этом сама я и виновата.

С холеричными детьми я познакомилась, попыталась их занять чем-то другим, но они не могли долго усидеть на месте и снова начинали носиться: из коридора в коридор и по всем комнатам, иногда снося мебель.

Я просто ждала, когда день закончится. Оказалось, что в доме водится и повар. Я об этом узнала, когда нас позвали на ужин. Мальчики ели секунд тридцать, а потом снова унеслись – на этот раз осматривать подвал. И я снова поспешила за ними, изображая из себя добродушную наседку с гипертрофированным чувством опеки. Но на лестнице вниз меня догнал Егор. Пришлось остановиться и уточнить:

– Я что-то делаю неправильно?

– Нет, всё прекрасно. Спасибо за это.

Сестра уже собирается, скоро уедет.

– Ну и хорошо, – с облегчением сказала я. – Лучше уж в комнате от скуки умирать, чем строить из себя того, кем не являешься, и думать, не лучше ли броситься ей в ноги и взывать к милосердию.

Мы так и стояли в дверном проеме, как остановились. А внизу что-то гремело: кажется, «Лизкины дети» добрались до бутылок с вином. Егор упер руку рядом с моим плечом, не давая пройти дальше.

– Так ты в комнате умираешь от скуки?

– А ты думал, что я там развлекаюсь?

– Я придумаю что-нибудь.

В благодарность за сегодняшнее.

– Лучше бы отпустил домой. В благодарность за сегодняшнее.

Он вдруг наклонился, так резко, что я, отшатнувшись, ударилась головой о косяк проема. Поцеловал, просто прижался губами к моим и так замер. Я вцепилась пальцами в его плечи, чтобы отодвинуть от себя, и в стороне я услышала:

– Вот с этого и нужно было начинать! – Лиза лишь уверилась в каких-то своих выводах.