Низвержение Света

А кейсар уже давно разучился осуждать людей – он делал это только по приказу своего господина.

– Неужели сам господин Сэрс? – она тоже узнала его с первого взгляда. – Теперь-то вижу, что ты точно старик – заметно сдал с нашей последней встречи!

Арай покосился вправо и влево, оценивая, никто ли не слышал обращения. В Эльдусе никому не известна его личность, но враги могут найтись в любом закутке империи, так зачем кричать его фамилию на всю улицу? Ви повзрослела, но не поумнела. Он не хотел общаться, но по первому знакомству помнил, что от нее легко не отделаешься.

Нет, его точно прокляли. Арай неосознанно согнул колено, развернул ногу и уставился на подошву нового ботинка – его невезение, кажется, все еще не закончилось.

* * *

После той истории я твердо решила больше так не рисковать. До тухлого приключения в разбойничьем баронстве я считала себя самой смелой и сильной, но после смогла сделать некоторые выводы: на мою силу может найтись сила могущественнее, а иногда случайно надкусишь неправильное яблочко – и уже не будешь иметь возможности сопротивляться.

Я тогда отделалась всего парой сломанных ребер – сущая ерунда в сравнении с тем, что могло произойти.

До неудачной встречи с яблочной охраной и кейсаром Сэрсом я почти два года жила в графстве Соллар, помогая добродушному хозяину трактира с работой и мелкими поручениями. Он был неплохим человеком, раз когда-то без лишних вопросов приютил четырнадцатилетнюю сироту, дал миску холодной каши, а затем, подумав, предложил комнату и работу за еду – убирать его заведение, мыть посуду и подносить подвыпившим клиентам подносы с заказами.

Я довольно долго сохраняла подростковую угловатость. Хозяин таверны иногда ощупывал меня на предмет женственности, ожидая, когда же из девицы вырастет что-то более прибыльное для его коммерции. Мне не особенно нравились подобные ожидания, однако никто другой во всем этом чуждом мире не проявил ко мне и капли той доброты, как тот толстяк.

Но в день своего шестнадцатилетия я поняла, что времени у меня все меньше – рано или поздно бывший благодетель превратится в похотливого кабана, который захочет спросить за всю свою доброту. Я уходила из таверны под утро и почти с грустью смотрела на погасшие окна. К сожалению, тогда же пришлось осознать правду: привлекательных девушек и при Свете хватало, но даже лучшие из них уступали мне в пока еще только расцветающей красоте.