Любовь с аукциона

 – Соблазн был велик, но я не убил его. Вообще стараюсь не применять кулаки, – добавил он. – Поверь, сегодня мне пришлось проявить чудеса выдержки.

Жасмин не могла понять, шутит он или говорит серьезно. Ее поразил сам факт, что он словно услышал ее молитвы и пришел на помощь. Вероятно, потому, что в глубине души не рассчитывала, что он явится за ней сам?

Его тело было твердым, словно из стали. Жасмин спохватилась, что прижимается к нему, и выставила локти. От неожиданности Дмитрий резко выдохнул:

– Ну, раз процедура представления состоялась, ты готова покинуть эту дыру?

– Дмитрий… почему ты напал на Джона? Почему ты вообще оказался здесь среди ночи?

Лицо Дмитрия скрывала темнота.

Жасмин видела только блеск серых глаз. В какой-то момент в них сверкнула такая бешеная ярость, что она отвела взгляд.

– Я ударил его в память о его жестокости, и еще потому, что застал возле твоей двери. А ночной визит объясняется тем, что я не верю Ною. К утру он может придумать какой-нибудь трюк.

– Ты выкупил… мой долг, Дмитрий?

– Не только выкупил, Жасмин, но и выиграл… – Он перешел на греческий, а Жасмин даже не пыталась понять слово «аукцион».

 – Ладно, хватит изображать кисейную барышню. Давай двигаться, дорогая.

Насмешливое обращение взбесило Жасмин.

– Я не кисейная барышня и не столь наивна, чтобы видеть в тебе рыцаря на белом коне.

Через секунду она пожалела, что слова нельзя вернуть назад.

Его зубы блеснули в темноте.

– Рад, что у тебя нет иллюзий на мой счет: я не рыцарь и не готов отдать за тебя жизнь.

– Правда?

– Сама знаешь. Как ты назвала меня на похоронах Эндрю? «Эгоистичный мерзавец, незнакомый с правилами дружбы и чести». Откупиться от Ноя деньгами – одно, а рисковать жизнью – совсем другое. Может, отложим беседу на более удобное время?

Под покровом ночи они выбрались на улицу. Жасмин ахнула, увидев стройный силуэт мотоцикла «Бугатти», скрытого от глаз за поворотом. Значит, сплетни о красивой жизни оказались правдой: дорогие машины, яхты, женщины – Дмитрий Карегас наконец получил все, о чем мечтал.

И пальцем не пошевелил, чтобы помочь Эндрю.

«Я просил Дмитрия о помощи, но он отказал мне, Джес. Он уже не тот, кем был раньше». Слова брата крутились в ее голове, пробуждая слепую ненависть, однако разум твердил, что сегодня Дмитрий спас ее.

Жасмин стряхнула оцепенение. Какая разница, кем он стал – ее это не касается. Он просто старый друг, у которого хватило денег, чтобы вытащить ее из опасной ситуации.