Не предавай любовь

Классная у тебя мачеха! Ты тоже типа Золушка, да? А принц где?

В отделе цифровой техники Эля выбрала для Кати телефон, с большим экраном и скоростным интернетом. Катя дрожащими руками положила его в сумку. Слишком много впечатлений за день, голова кружилась. Стоило присесть в кафе и вставить в телефон старую симку, как сотовый зазвонил красивой переливчатой мелодией. Это был Глеб.

– Антон до тебя не дозвонился, ты где?

– В Мега-Городе. Я же говорила. У меня новый телефон.

– Будь там. Я как раз к матери еду, домой вместе поедем, Антон достал уже своим беспокойством.

– Хорошо, – послушно согласилась Катя.

Она угостила подруг вкусным обедом и мороженым из крошечных разноцветных гранул. Отличный день портила только тянущее ощущения внизу живота. По ее подсчетам, для месячных было еще рано, но во время стрессов или усталости цикл часто сбивался. Циклические боли всегда были у Кати сильными, выматывающими. Она хотела зайти в аптеку и купить гигиенические средства и обезболивающее, но забыла, увлекшись разговором.

Глава 9

Глеб

Миулину и Бобринюк Глеб увидел сразу, а Самарскую искал взглядом, поднимаясь на эскалаторе, но не находил. А потом… нашел. Глеб даже остановился у стеклянного ограждения, за лифтом. Это была Катя, но… такая, как ТОГДА.

Он иногда вспоминал, какой увидел Катю в первый день их знакомства, в кафе, но старался поскорее забыть и вытеснить те свои эмоции неприязнью. Сам же, в глубине души, понимал, почему строит сводную сестру и даже иногда унижает: был у него отец, которого он любил большего всего на свете, которому в детстве в рот смотрел, которым гордился, а оказалось, никакой Антон не отец.

Мало того, отчиму есть, кого любить всем сердцем, по долгу крови – девчонку, с которой он недавно познакомился. А Глеб был игрушкой, заменой на время, чтобы скучно не было.

Все это казалось обидным, несправедливым, болезненным до одури – аж сердце на части. Глеб понимал, что это детские обиды, но ничего не мог с собой поделать. И теперь, глядя на то, какой очаровательной стала Катя в новой одежде, он на ходу пробормотал:

– Ну вот, отмыли, приодели.

Теперь войдет во вкус: шмотки, мазилки…

От этих слов самому противно стало. Он подошел к одноклассницам и буркнул:

– Все? Идем домой.

– А к твоей маме? – спросила Катя.

– В следующий раз. Она занята.

Он сам не понял, почему решил не заходить к Полине, (хотя накануне собирался обсудить с ней, где-нибудь вне дома, поведение няни Ирины).