Отдай мне дочь

С чего же начать?

Милана обняла ее за плечи и поцеловала в макушку, а девочка вдруг положила голову ей на плечо и прикрыла глаза. Что ж, если не может подобрать нужные слова в уме, тогда пусть говорит сердце.

– Я люблю тебя.

Девочка приоткрыла один глаз, посмотрела на нее и снова зажмурилась. А губы тронула едва заметная улыбка.

– И я тебя, – прошептала она и прижалась еще сильнее.

Хоть на душе и стало немного легче, Милана понимала, что неприятного разговора с мужем не избежать.

Осталось лишь дождаться подходящего момента.

Глава 4

Ближе к ночи, уложив малышку спать, Милана заглянула на кухню. Кирилл сидел за столом и вертел в руках брелок от машины. Он так сильно задумался, что не сразу отреагировал на оклик. Судя по глубокой складке между бровями и поджатым губам, он думал о чем-то неприятном. Милана тихонько пододвинула стул и села рядом. Подперла щеку рукой и посмотрела на него. Поняла, что он ее заметил, но почему-то намеренно делает вид, будто не видит.

Знает же, что разговор зайдет о сегодняшней встрече с Иркой, видимо, боится расспросов.

– Ничего не хочешь мне сказать? – не отрывая от него пытливого взгляда, спросила обманчиво спокойно.

Он скосил на нее глаза:

– Нечего говорить.

Какой сухой ответ! Они привыкли ничего не скрывать друг от друга, садиться и обсуждать возникшую проблему, решать, как ее преодолеть. Если появлялись какие-то обиды, не опускались до скандалов и выяснений отношений, а спокойно говорили, что не нравится, по возможности уступали друг другу, учились прощать.

Поэтому и странно было слышать от него такие слова. Не покидало ощущение, что на этот раз Кирилл не захочет раскрывать свою душу.

– Так уже и нечего?

– Правда, нечего.

– А как же Ирка? Почему она к тебе прицепилась? – Кирилл вынудил ее спросить прямо. В душу закралось подозрение: если увиливает, значит, есть, что скрывать. Да, что-то его гложет, беспокоит, раз сидит за пустым столом столько времени и о чем-то думает.

– Хотела, чтобы я подсказал, как найти одного человека… – Он прервался на полуслове и уставился на брелок, который по-прежнему теребил пальцами. Плечи его напряглись, на скулах заиграли желваки. В какой-то момент даже показалось, что он сейчас встанет и уйдет, лишь бы избежать вопросов. Но муж остался на месте. Только отвернулся, так, что растерянная Милана прожигала взглядом его затылок.