Угодный богу

Он никак не мог понять, почему так непослушны предметы в его руках? А, может, виноваты руки, слабые и неумелые? Как добиться мастерства?

Заскорузлая рука отца настигла его, когда он в открытую выламывал от отцовской лодки новую доску.

– Ты что делаешь, негодник? – закричал отец, человек с очень длинными руками и согнутой спиной. – Скоро разлив Хапи, нужно готовить лодку, а мне и починить ее нечем!

– Я не хотел… – попытался возразить сын, но отец рассердился еще сильнее:

– Халосет! Ты сошел с ума? Зачем ты испортил лодку?.

.

И он кричал о том, что дерево – большая редкость, что не знает, как теперь ему быть. А мальчишка делал вид, что слушает отца, но в то же время размышлял, где бы достать материала для своих поделок? Вдруг лицо его просияло. Ему ясно представился большой самшитовый куст на окраине деревни. Никому он не был полезен, а ему сгодится. Куст так и стоял перед его глазами. Мальчишка уже предвкушал, как будет строгать ветки и делать из них прекрасные вещи, чтобы все удивлялись его мастерству…

От сладких мыслей его отвлек свистящий взмах кнута, совершившего посадку прямо ему на спину.

Мальчишка заорал. Его крик достиг окраины, где все еще рос большой самшитовый куст с крепкими ветками, пригодными для любых поделок, а отец вновь взмахнул кнутом, крепко держа свободной рукой провинившегося сына, который от каждого нового удара орал все сильнее, но отнюдь не раскаиваясь в том, за что его наказали.

Глава 7.

Китай.

Тотмий придирчиво взирал на свою работу: большая каменная голова китайца в шапочке, похожей на миску, стояла на высоком табурете.

Портрет в два раза превосходил оригинал.

Поэтому Ну-от-хаби созерцал творение шагов с пяти, сложив руки на животе.

Удовлетворенно отметил:

– Хорошая работа. Я обязательно ее сохраню до твоего возвращения из Египта.

– Учитель, вы думаете, я вернусь? – удивился Тотмий.

– Главное, найти путь в Египет, – ответил ювелир. – Человек ищущий обязательно достигнет того, к чему стремится.

Подожди, Тот-мий, – китаец подошел к стоящей на столе шкатулке, той самой, с которой четыре года назад ходил по рынку, открыл ее и извлек на свет два совершенно одинаковых золотых браслета с белыми и голубыми алмазами.

– Подойди сюда, Тот-мий, – велел он.

Юноша приблизился вплотную к учителю.

– Вытяни руки.

Молодой человек помедлил, прежде чем выполнить волю мастера. Тогда Ну-от-хаби взял оба браслета и ловко надел их на запястья своего ученика.