Прошлой ночью с герцогом

Я готов удвоить вам оплату.

Эсмеральда возмущенно ахнула. Он посчитал, что она старается выманить побольше денег, но ведь это не так: если бы могла, с радостью согласилась бы на обычное жалованье.

– Половину всей суммы получите в день приезда, остальное – в конце сезона. Я даю вам неделю на подготовку.

Она опять отступила, так что уперлась ногами в стул, но очередная попытка отойти подальше ни к чему не привела: он тут же шагнул вперед и нагнул голову еще ниже. Дальше бежать было некуда.

Опершись рукой о столешницу, чтобы не упасть, она заметила:

– Но это же очень много…

Искушение было столь велико, что очень хотелось согласиться, но это невозможно: ей очень нужны эти деньги.

– Вполне нормальная сумма, – пожал плечами Гриффин. – В конце концов, у меня две сестры и их благополучие для меня очень важно. Такие услуги бесценны.

– Прекрасно вас понимаю, ваша светлость: возможно, лучше остальных, – поэтому умоляю побеседовать с опытными в этом деле женщинами.

Ее разгоряченную щеку овеяло его прохладным дыханием:

– Обещаю вам превосходный бонус.

Бонус?

Волчок ее сердца завертелся так отчаянно, что подкосились ноги. Она задыхалась так, что не могла говорить и только пыталась прочесть в его глазах причины такой настойчивости. Может, он просто не хочет, чтобы она в этой ситуации взяла верх?

– Вы ведете нечестную игру, ваша светлость.

– В этом нет нужды, потому что я не веду никакой игры. Просто сражаюсь за то, что хочу получить, и делаю все возможное, чтобы добиться своего. Это помимо того факта, что я не люблю проигрывать независимо от того, спор это, пари или партия в карты. Я вполне серьезно. Если одна из сестер обручится к концу сезона, вы получите бонус, а если обе – бонус будет удвоен.

– Вы невероятно щедры, ваша светлость, тем более что эти деньги заработать вовсе не сложно: уверена, что претенденты на руку будут в очередь становиться, чтобы поймать хотя бы один ее взгляд.

– Ох, не спешите с выводами! Боюсь, задача будет не столь легкой, как вам может показаться. Вы еще не видели моих сестер.

Наверное, существовал только один способ уладить дело: придется заставить его отступить.

– Хорошо, – пошла на попятную Эсмеральда, прежде чем успела отговорить себя от неожиданно пришедшего в голову плана.