Ты, я и Париж

– Это американские туристы, – Тина хитро улыбнулась.

– Откуда ты…

– Они выглядят как стопроцентные янки и, что гораздо важнее, разговаривают по-английски.

– Туристы, – разочарованно протянул Ян.

– Ну конечно, Париж – это же Мекка для туристов!

– А вон те две тетки? – Ян, теперь уже не особенно таясь, кивнул на сидящих за дальним столиком ширококостных блондинок с мужеподобными лицами.

– Думаю, они из какой-нибудь скандинавской страны, – Тина почесала переносицу.

– А официантка?

Девушка, обслуживавшая их столик, была молодой, весьма хорошенькой, но с такой вселенской тоской в глазах, что погасить ее не могла даже профессионально вежливая улыбка.

– Эмигрантка. Скорее всего из Восточной Европы. У нее акцент специфический, – Тина наконец расправилась с десертом и так же, как Ян, откинулась на спинку стула. На ее размалеванной мордашке появилось выражение глубочайшего удовлетворения.

– Ты так хорошо знаешь французский, что на слух определяешь акцент?

– Моя школьная училка была фанаткой французского.

Дед тоже владел им почти в совершенстве, он несколько лет работал врачом в Сенегале, там и выучил язык. Дед называл это пассивным обучением. Когда мне исполнилось три года, он просто стал разговаривать со мной по-французски. Сначала я ничего не понимала, а потом как-то само собой получилось. В школу я пришла уже с приличным знанием разговорного языка, но без всякой теоретической базы, но там меня уже поджидала Эмма Савельевна, – Тина смешно наморщила нос. – В общем, с грехом пополам теорию я тоже одолела.

– А потом? – спросил Ян.

– Что – потом?

– Где ты шлифовала свой французский?

– Ну, пару лет назад познакомилась с одним французом, он из наших.

Ян не стал уточнять, что значит «из наших». И без того ясно, что знакомец Тины был готом.

– Арман, мой приятель, он сын мадам Розы, – сочла нужным объяснить Тина.

А, вот оно что!

– Теперь понятно, почему нас так тепло приняли – личные связи. А я-то грешным делом решил, что парижане – образец терпимости и человеколюбия.

 – Как Ян ни старался, а скрыть сарказм не сумел. Вот не нравилось ему, что Тина водила дружбу с каким-то там французским готом.

– Возможно, парижане и терпимее наших соотечественников, но ненамного, – Тина зевнула. – Такие, как я, предпочитают жить в собственном мире. Знаешь, у нас даже своя радиостанция есть, – сообщила она с гордостью. – И даже магазины специализированные. Одежда там, косметика, литература, украшения.