Путешествие по чертогам памяти

Вероятно, это из-за меня она все еще не присоединилась к вам.

– Нет, что вы! – постарался возразить он. – Она просто, знаете… – Мой собеседник слегка задумался, прежде чем продолжить, словно решал, что можно мне рассказать: – Она всегда долго собирается.

– Любит наводить красоту?

– Ну, не совсем. Одевается и красится она быстро, – Владимир вновь просиял улыбкой, – в этом мне с ней повезло. Но она все время вспоминает про какие-то важные дела в самый последний момент, и их, конечно же, непременно нужно сделать сейчас – до того, как мы куда-то уйдем.

– А! Кажется, понимаю! Проверить утюг, вымыть тарелки после завтрака?

– Да. Это одни из тех дел, что частенько появлялись в ее списке. Но я привык. Поэтому ждать ее – это мое привычное состояние. Хотя когда мы куда-то опаздывали, мне это не очень нравилось.

– И часто такое бывало?

– Да постоянно! – он вновь засмеялся, показывая, что теперь это кажется ему довольно забавным.

Владимир приступил к рассказу очередного забавного момента из их с супругой жизни, но с каждой фразой мне становилось все труднее вникнуть в его повествование.

Последние слова я и вовсе слышала так, словно он был не в метре от меня, а на куда большем расстоянии. Затем в ушах загудело, а голова закружилась и заболела в точности так же, как и в первый раз, когда в моей памяти всплыло воспоминание…

Июнь 2022. Ты не устоишь!

Однажды вы проснетесь, и у вас не будет больше времени делать то, что вы всегда хотели.

Сделайте это сейчас.

Пауло Коэльо

– Даша, ты собралась? – раздался голос из кухни.

– Да, мама! – прокричала девушка в ответ и, продолжая крутиться перед зеркалом, добавила: – Еще секундочку.

На какое-то время в квартире воцарилась полнейшая тишина, а затем Даша услышала, как пол в коридоре заскрипел под тяжестью приближающихся шагов. Спустя еще пару мгновений в проеме показалась слегка полноватая женщина лет сорока пяти. В руках она держала влажное полотенце, талию подпоясывал слегка намокший фартук, а ее густые длинные волосы были собраны в пучок.

Все это свидетельствовало о том, что она только что мыла посуду и, вероятно, прервалась на середине.

Увидев в зеркале отражение матери, Даша тут же повернулась к ней лицом и, разведя руки в стороны, взглядом спросила ее мнение о своем образе.

Людмила Михайловна была женщиной строгой, но в душе доброй и сочувствующей.