Два малыша, два жениха и одна мама-невеста

– Вас когда-нибудь арестовывали?

Я едва не поперхнулась собственной слюной.

– Нет.

И тут вмешался Сталь.

– Анастасия Андреевна, вы были осуждены или замешаны в преступлении?

– Нет.

Начинаю злиться.

– Можете ли вы с уверенностью сказать, что вам нравится работать в этой компании? – задал теперь совершенно иной вопрос Тимур Сарбаев.

Они зачем-то пытаются меня запутать. Проверяют? Но для чего?

– Да, мне очень нравится работать в этой компании, – осторожно ответила я.

Сталь усмехнулся.

– Но ведь тебя не принял коллектив отдела закупок. И с другими сотрудниками ты не особо дружна. Так как же тебе может нравиться работать в такой атмосфере? Климат на рабочем месте очень сильно влияет на работоспособность.

Сталь перешел на «ты». Это плохо? И его провокационный вопрос…

– Меня подозревают в чем-то? – озабоченно поинтересовалась я, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

Сарбаев стоял около окна, наблюдая за мной в отражении стекла. Казалось, он слегка улыбается.

– Уже нет, – сказал он и повернулся. – Мы должны были убедиться в вашей чистоплотности и правдивости. После того, как анализ крови подтвердит, что вы не наркоманка, мы окончательно будем верить вам, Анастасия Андреевна.

– Чему верить? – Я была сбита с толку и ни черта не понимала.

– Что вы не замешаны в афере, – пояснил Сталь.

Наш «душевный» разговор прервал звук телефонного звонка.

Я была взвинчена и вздрогнула от внезапного постороннего звука.

Звонили Сталю.

– Слушаю, – сухо отозвался он и кивнул.

И сказал, глядя прямо мне в глаза:

– Надеюсь на ваше благоразумие и правильное решение, Анастасия Андреевна.

Он снова перешел на «вы». И я снова ничего не поняла. Начинаю чувствовать себя дурой.

Сталь даже не посмотрел на Сарбаева и молча покинул кабинет.

Тимур Багратионович опустился в свое кресло за столом и спросил:

– Кофе варить умеете?

– Да, – просипела я.

У меня от страха и переживаний даже голос неожиданно пропал.

Я прокашлялась и уже уверенно сказала:

– Да, я хороший варю кофе.

– Прекрасно, – отозвался он и протянул мне настоящий талмуд. – Подпишите.

– Что это? – округлила я глаза, беря в руки увесистую пачку бумаги. Создалось ощущение, что на эти документы ушла вся пачка «Снегурочки», если не больше.

– Это трудовой договор. На должность моего личного помощника. Правда Сталь считает, что вы также будете работать и на него, но это не так. Сталь обойдется.