Два малыша, два жениха и одна мама-невеста

И не рекомендую вестись на его провокации и что-либо подписывать из его рук.

– А из ваших, значит, можно? – с улыбкой ехидны поинтересовалась у него.

Сарбаев серьезно кивнул и сказал:

– Только из моих. И только мои поручения вы будете выполнять. Ясно излагаю?

– Более чем… – ответила я кисло, пролистывая «милый» договорчик. – Только с чего вы взяли, что я вообще буду на вас работать? Я, может, после всего случившегося хочу уволиться…

Он вдруг резко поднялся, в несколько шагов оказался рядом со мной, наклонился и тихо, но угрожающе произнес:

– Настя, прекрати прикидываться дурочкой.

Ситуация – серьезнее не бывает. Неужели ты думаешь, что сотрудники-воры – это единственная проблема и, поймав их, мы предотвратим угрозу?

Я икнула от страха. Ненавижу, когда меня пугают. К тому же Сарбаев, как и Сталь, перешел на «ты». Ууу… злодеи.

– Н… не знаю, но надеюсь, – произнесла я, еле ворочая языком.

– Милая Настенька, это лишь мелочь, вершина айсберга. Вчера мы выяснили, что все гораздо серьезнее.

Мы пока не собираемся разоблачать воришек, но будем следить за ними, чтобы выйти на организаторов и координаторов.

Я снова икнула. Что-то мне его слова совсем не нравятся. К чему он клонит? Неужели мне грозит какая-то опасность? Или я просто среди подозреваемых? Час от часу не легче.

– Если ты сейчас резко уволишься, то, скорее всего, станешь мишенью. Ведь рано или поздно они выяснят, что ты все знаешь. Пока ты работаешь со мной, ты будешь в безопасности. Я это гарантирую.

– Все так серьезно? – печально поинтересовалась я.

Он кивнул.

– Ты не знаешь всего, Настя. Люди, с которыми ты работаешь в отделе закупок – мелкая шелуха. Кто-то подал им идею и помог. И это не начальник твоего отдела, уж поверь. – Он вдруг стал очень серьезным. – Полгода назад уже была подобная попытка кражи. Мелкая совсем, службе безопасности удалось ее быстро пресечь. Ничего особенного не случилось – на первый взгляд. Преступники пойманы с поличным… Только этих воришек вскоре нашли убитыми.

Я ахнула.

– Они знали, кто это был. Мы не придали этому должного значения, но безопасность в компании повысили. Как видишь, кто-то хорошо знает нас изнутри.

– Я ничего не слышала про чьи-то смерти…

– Потому что мы все сделали так, будто людей уволили. Без огласки. Теперь поняла меня?

– Угу, – грустно кивнула я.

Как-то дискомфортно ощущать падение розовых очков, в которых, оказывается, я ходила все это время.

– Да, еще кое-что.