По ту сторону зеркала

– И сотовый, пожалуйста…

– У меня нет сотового, – Наде стало так стыдно, как будто отсутствие трубки в кармане – преступление. Она принялась зачем-то объяснять:

– Я или дома, или на работе. Бабушка всегда это знала. А теперь, когда ее нет, меня вообще искать некому.

Молодой человек глянул на нее, как на убогую, но тут же улыбнулся дежурной улыбкой, демонстрируя тридцать два здоровых зуба.

– Если вас не смогут застать дома в течение двух недель – позвоните по указанному здесь номеру, – он вложил в паспорт какой-то бланк и возвратил его Наде.

– Все? Больше ничего не нужно?

– Подпишитесь, пожалуйста, вот здесь и здесь.

– А теперь я могу идти? – Надя чувствовала себя неуютно в этом светлом кабинете, в присутствии вежливого молодого красавца.

– Вы торопитесь? Можно еще кофейку попить, поболтать… – Дмитрий глянул на часы. – Примерно через час подъедут с областного телевидения…

– Нет, я спешу! – Надя зажала в руках паспорт и вскочила с кресла.

Только телевидения ей не хватает! – Спасибо вам, Дмитрий. До свидания.

– Постойте! – менеджер вытянул вперед руку с мобильным телефоном.

– Нет-нет! Мне надо ехать!

Она не заметила, как пролетела через игровой клуб и зал ожидания, и оказалась на улице. Кучка людей толпилась у недавно подошедшего автобуса.

– Куда ты запропастилась? – крикнула ей тетка с клетчатыми баулами.

Кладбище располагалось неподалеку от шоссе. Лет сорок назад возле городской церкви хоронить запретили.

Лесной погост не имел ограды, кресты и надгробия стояли просторно, не тесня друг друга. Недавно на окраине кладбища появилась бревенчатая часовенка. Надя зашла в нее, помолилась за бабушку и поблагодарила Бога за неожиданно свалившееся богатство.

В будний день здесь было пустынно. Погода стояла чудесная, светило солнце, высокое небо по-весеннему голубело. Каркали вороны, еще какие-то черные птицы устраивали переполох в пока еще голых кронах лиственниц.

По тропинке Надя спустилась с небольшой горушки к своим могилкам. Убрала увядшие цветы, достала из пакета свежие, поставила их в баночки.

– Ну вот, теперь получше выглядит, – она обращалась к бабушкиной могиле. К маминой давно привыкла, а бабуля совсем недавно была рядом, живая. – Ты не обижаешься, что я редко приезжаю, только по воскресеньям? В субботу занятия хора, а по будням детсад и уроки. Но сегодня я отпросилась, и урок отменила.