По ту сторону зеркала

– Из осторожности, – кинул водитель, не оборачиваясь. – Возьмешь так компашку, а тебе сзади по башке! Нерусского тоже не взял бы, и мужика здорового. Сколько таких случаев! Я ж вообще-то не бомблю… Просто маман в аэропорт подвозил. Путевку ей устроил, в Турцайку, двести пятьдесят бачей всего, прикинь! На две недели и все включено. У меня подруга в турагентстве работает, горящую достала. Маман вначале ехать не хотела, все равно, говорит, дорого. Я ей полторы сотни подкинул, катись, говорю, отдыхай! Для чего загранпаспорт оформляла? Он через полтора года кончится, а ты так никуда и не съездила! Короче, мамашу сплавил, а сам без бабок остался.

До зарплаты пять дней еще. Если не бомбить – то машину на прикол ставить, самому на троллейбусе до работы шлепать и макаронами одними питаться.

«Турцайка – это, наверное, Турция, – догадалась Надя. – А бачи – доллары, от слова баксы. Всего семь тысяч за две недели! Интересно «все включено» – это что значит? Авиабилеты, или что?»

Спросить она постеснялась.

Машина неслась по широкому, совершенно прямому проспекту, которому, казалось, не будет конца. У Нади дома имелась старая, еще советских времен, карта Ленинграда.

Перед поездкой она часами ее рассматривала и знала, что это самая длинная магистраль в городе, Московский проспект, упирающийся в площадь Мира, или Сенную, как называла ее бабушка. Но до Сенной они не доехали. Перед тем, как свернуть направо, водитель нервно буркнул:

– На Благовещенском мосту вечно пробки.

Они миновали старинный вокзал и вскоре повернули налево.

«Гороховая», прочитала на табличке Надя, пока автомобиль стоял у светофора. Здесь был дом у кого-то из героев Достоевского, вспомнила она, в начале двадцатого века на этой улице жил Распутин – совсем недавно она смотрела передачу по телевизору, там об этом говорили. В этом городе все – история, каждый дом был свидетелем жизни знаменитых людей. Вон, сколько мраморных табличек на домах, жаль, не прочесть, слишком быстро они едут…

– Блин! – ругнулся водитель.

 – Это не езда, а ерзанье! Надо было на Невский выруливать! А теперь уж не свернуть, только кренделями!

А Наде казалось, что они едут достаточно быстро. Конечно, стоят перед светофорами на каждом перекрестке.

Нетерпеливый парень все-таки решил прорваться на Невский проспект. Они выехали на набережную какой-то речки. По ней сплошь стояли удивительной красоты старинные особняки.

«Вот он, настоящий Петербург!» – мысленно восхитилась Надя.