Айвири. Выбор сердца

Обычно я старалась не вступать с ней в споры и мечтала как можно быстрее удалиться, помня заветы настоятельницы. Смирение, и только смирение, а еще послушание. Но не сейчас.

– Отдай, – уже в третий раз повторила я, до боли сжав кулаки. – Это не твоё.

– И не твоё тоже, – усмехнулась сестра. – Ты-то замуж выйти никогда не сможешь. Детей и внуков не будет. Так и передавать его некому. А мне он нравится.

– Айва, – подала голос княгиня, подходя ближе.

Я видела, как побелело её лицо, как мелко дрожали руки, в которых она всё ещё сжимала свой венок.

Очередная выходка дочери не прошла для неё бесследно.

– Она права, – сдавленно произнесла мачеха, наверное, в первый раз признав мою правоту. – Поигралась и будет. Ты должна надеть это.

– Ничего я не должна. Этот, с цветами вишни, подходит мне больше. Смотри, как сочетается нежно-розовый цвет с голубой тканью платья.

И Айва вновь попыталась надеть венок на голову.

– Не смей! – вскрикнула я, делая еще шаг вперёд и вытягивая руку.

Ту самую, на которой огнём горела метка.

И крохотные искры силы засияли, засверкали на кончиках пальцев, заставляя вовремя одуматься. Застыть, прижимая руку к груди, неотрывно смотря в лицо младшей сестры.

– Ты что делаешь? Мама, ты видела? Она же собиралась… Силу Лаари нельзя применять во вред. Я… я всё папе расскажу! – вскрикнула Айва.

Я сама была в ужасе от такого всплеска, но и отступить сейчас не могла, впервые готовая бороться до победного конца. Несмотря ни на что.

– Что именно ты хочешь мне рассказать? – спросил отец, возникая в дверях.

Возник так неожиданно, что никто не успел заметить. И реакция на его появление была очень яркой.

– Великий князь, – прошептала мачеха, склонив голову и шагнув в сторону, как раз так, чтобы скрыть дочь от пристального взгляда мужа.

Но Айва не желала прятаться и скрываться. Глупая, еще не понимала, что даже свадьба не спасёт её сейчас от гнева отца.

Соскочив с постамента, девушка стремительно обогнула мать, которая не успела её остановить, а следом и меня, вышла вперёд, продолжая сжимать венок мамы в руке, возмущенно протараторив:

– Айвири пыталась использовать против меня силу! Хотела ударить! Ты представляешь? А это недопустимо! Для послушницы это смерть.

Я всегда говорила, что она мне завидует… и даже сейчас… в самый лучший день, в самый радостный, – глаза Айвы наполнились слезами, причём самыми искренними, – она пытается его отравить своей ненавистью ко мне. А ты мне не веришь.