Гонки на дирижаблях

Если бы случись его матери… вот так… смог бы он броситься на помощь ей так же, как Саша?

– Иван, прошу меня великодушно извинить за вторжение, – в который раз произнёс Игнатьев фразу, единственную вертевшуюся на языке к половине шестого утра. – Поверь, если бы у меня был выход, я бы не сидел сейчас здесь и не оправдывался перед тобой. Мне ужасно неловко, что я испытываю твоё терпение. Но – в последние дни мне слишком часто приходится повторять эту фразу – я прошу тебя помочь.

Иван не сказал ни слова, лишь развёл руки.

– Говори, Игнатьев, говори. Я, мало сказать, озадачен, поэтому подожду разъяснений, кто все эти люди и зачем ты их привёл ко мне, – проговорил он, поглядывая близоруко на всех.

– Эта дама уже сегодня к полудню уйдёт отсюда, – Игнатьев кивнул головой на Лушку.

Та вскинулась, пьяно уставилась на них стеклянными глазами, но опять шумно, в голос, икнула и смолчала.

– Уйдёт с девочкой. Саша, не знаю, как звать твою сестру?

– Полина, – ответила Саша, встала и обратилась к Ивану: – Извините нас, сударь.

– Подождите же, – поморщился Иван, с одной стороны, именно эта гостья вызывала у него хоть небольшую, но симпатию, а с другой – хотелось выпроводить их быстрее и забраться в тёплую ещё постель. Но привёл-то их Игнатьев. – Я вовсе не какой-нибудь злодей и не желаю, – он помялся, похоже, всё-таки злодей, вот эту икающую тётку он выгнал бы, не задумываясь, – выгонять вас вот так на улицу.

И уставился на друга, злясь и ожидая объяснений.

– Прошу дать им выспаться до обеда в тепле, а я пока подыщу комнату. И работу для Саши. Ты не мог бы рекомендовать её своей матери? Может быть, она в свою очередь порекомендовала бы её своим знакомым?

Услышав, что весь этот бедлам продлится только до обеда, Иван оживился и двинулся было к выходу в коридор, откуда можно попасть в две небольшие спальни. Но остановился уже у дверей и озадаченно посмотрел на вытянувшуюся перед ним в смущении Сашу.

– Э-э, – протянул он, сомневаясь, что делает правильно, говоря об этом, но присутствие Игнатьева мешало ему отнестись к этим людям с привычной отстранённостью, – мама жаловалась, что найти хорошую служанку в наше время невозможно. Но… только если для этой девушки… Саша, по-моему?

Саша, красная от стыда, продолжала стоять, уставившись в пол. Потом выдавила:

– Извините, я должна благодарить… наверное.