Я тебя найду

Это мужик такой был, то ли сто, то ли двести лет назад помер… У него склеп на Переведеновском…

– Где?

– На Переведеновском кладбище! И, типа, если на том склепе желание свое написать, то оно непременно сбудется.

– Бегал я туда… Писал, писал сколько раз… – обиженно пожаловался Алеша Грушин, уже изрядно пьяненький. – И не сбылось! Враки все…

– Это из серии «городские легенды», – интеллигентно блестя очками, начал Альберт. – Я об этом Черном Канцлере читал где-то… Никакой он не Черный Канцлер, а чиновник в царской России – то ли статский советник, то ли тайный советник, бог его знает.

Но действительно занимал высокий чин в какой-то канцелярии – то ли при Николае Первом, то ли при Александре Втором. Имени не помню – то ли фон Дорн, то ли фон Борн… Берг…

– Неважно! Дальше-то что?

– Всю жизнь этот Черный Канцлер провел в своей конторе, ничем больше не интересовался – только карьера и деньги. А на старости лет угораздило его вдруг влюбиться, – с достоинством уважаемого рассказчика продолжил Альберт.

 – Девушка – юная, хорошенькая, легкомысленная, и на Канцлера она – ноль внимания. И так он к ней, и этак… А под конец немного спятил и действительно увлекся колдовством – тут Витя прав. Черной магией. Приворожить хотел, видно, ту девицу. Но она над ним посмеялась – ты глупый старик, ты все врешь, ты ничего не можешь уже… Тогда он заявил всем – кто желает, обращайтесь ко мне, помогу. Бесплатно. Даже мертвый помогу… Умер, и к его склепу стали люди приходить, писать на стенах свои желания… Не знаю, сбывались ли… Вон Леха не верит!

– Туфта, – скорбно кивнул Алеша Грушин.

– Минутку-минутку, а девушку-то ему удалось приворожить? – заволновалась Рита Лымарь.

– По-моему, нет, – развел руками Альберт.

– Бред какой-то… – хихикнула Ира Гвоздева. – Детские сказки. Пора бы и забыть о них!

«А я про Черного Канцлера не слышала ничего… – подумала Вероника. – И вообще, кого могут интересовать кладбища…»

– За любовь! Давайте теперь выпьем за любовь! – с жаром воскликнул Грушин.

– За первую любовь! – поправил Альберт.

Публика бурно одобрила этот тост…

Вечер встреч стремительно перетекал в банальную пьянку. Все было в точности так, как описывала Вероникина коллега Маша, – бывшие одноклассники перепились и… устроили танцы. Нечто среднее между канканом и сиртаки. Орали, бесконтрольно обнимались, напропалую выдавали детские тайны, клялись в любви и вечной дружбе…

Вероника шепнула Лиле, что ей пора, и по-английски выскользнула из зала.