Принять себя

Действительно полетел в Стамбул, пришел в посольство, включил видео, я присутствовала при разговоре, он показывал меня сотруднику. Они о чем-то разговаривали на турецком языке. Не знаю язык, видела только, как Ариф изменился, лицо стало серым, взгляд потух, он отключил телефон.

Звонок раздался в 2 часа ночи, Ариф находился дома. Его грустный взгляд говорил, что поездка в Стамбул не была успешной. Начал разговор, как обычно, со слов: «Таня, я так сильно тебя люблю, ты моя душа, моя семья. Я все сделаю, чтобы мы были вместе».

Из его рассказа поняла одно, что после развода он должен жене крупную сумму денег, пока он не рассчитается, его не выпустят из страны. Такие у них законы.

При каждом очередном разговоре он повторял, что все решит. Через некоторое время он сообщил, что скоро станет дедушкой. Конечно, поздравила его, сама знаю, какое это счастье, имею двоих внуков. Наши переписки и звонки продолжались месяц за месяцем.

У меня в семье и так не было никаких отношений, а теперь и вовсе: муж заметил, что я не реагирую на его выпады, стал проявлять все чаще агрессию.

Придя с работы, поужинав, ложился спать. А с 12 ночи начинался концерт по заявкам, летали стулья на кухне, бил посуду, орал как ненормальный. Месяц терпела, на работу ходила как зомби, стала делать ошибки в отчете, получать замечания. Брак с ним расторгнут давно, дочери был годик, я вышла на работу, так как жить было не на что. Работать он не хотел. Уходить от него мне тоже некуда было, он жил на моей территории. Так всю жизнь и прожили, я выгоняю, он не уходит. Позвонила дочери, рассказала всю ситуацию, она пригласила меня пожить у нее.

Поговорив с дочерью, решила продать квартиру, разъехаться, больше так не могло продолжаться. Дело даже не в моем увлечении по интернету, скажем так, это знакомство придало мне решимости и подарило надежду на обретение женского счастья.

Глава 3

Два месяца пришлось пожить у дочери, пока не нашелся покупатель. Благоверный приезжал, устраивал скандал. Наконец-то продала квартиру.

Купила хорошую однокомнатную и ему комнату в семейном общежитии. Хотя юрист сказал, что я могла бы и не продавать свою квартиру, куплена не в браке (моих родителей), при приватизации половина квартиры стала принадлежать дочери. А она бы отца на улице все равно не оставила.

Когда переехала в новую квартиру, осталась одна, накатила страшная тоска, столько прожитых лет – и все впустую. Раздался телефонный звонок, это был Ариф, слова любви и утешений.