Всё будет плохо и счастливо

По колену сквозь колготы расплывалось кровавое пятно. А лодыжка онемела. Девочка закусила губу. Как же больно!

– Кажется, кто-то не поедет на региональные, – гаденько хихикнула Лена и, перепрыгнув через баюкающую лодыжку Сашу, понеслась прочь.

А та с трудом встала, прихрамывая на левую ногу. Ненависть окутала её туманной шалью, заполнила едким дымом каждую клеточку тела.

Это уже не соперничество и не детская вражда. Война.

8. Тогда

Всё, хватит придумывать нелепые отмазки! Никита пригласит Сашу на свидание! Сегодня же! Ну, как на свидание… Родители Серого умотали на юг, и в честь этого тот устраивал в субботу вечеринку на квартире.

Никита собирался дождаться Сашу после тренировки и предложить как бы невзначай: «А пойдем со мной?»

Она, разумеется, удивится, да и особого оправдания своему порыву Никита не придумал, но действовать-то надо. Нельзя вечно пялиться издалека как какой-то влюбленный извращенец. Если Гоге с Серым можно мутить с девчонками, чем он хуже? Саша стройная, аккуратная, глазастая.

И волосы у нее до талии, только она их постоянно прячет в уродливый пучок.

Назад пути нет!

Он полчаса караулил её у школьных ворот. Гимнастки давно разбежались кто куда, а она всё не выходила. Никита начал подмерзать. Осень выдалась ветреная, брызги не то дождя, не то снега летели в лицо. Он побродил туда-сюда, взад-вперед, попинал решетку, расшатал калитку. Когда занятия кончились, решился: придется отлавливать Сашу внутри, иначе он окочурится от холода, и ей достанется только хладный труп.

– Куда? – гаркнула вахтерша, стоило Никите переступить порог школы. – Закрыто.

– Я забыл свою шапку, пожалуйста, пустите, иначе отец меня прибьет, – выпалил на одном дыхании, а затем мило улыбнулся.

Мама говорила, что у Никиты отменно получалась эта улыбка: чуть смущенная, с ямочками на щеках. Не мальчик, а белокурый ангелок, умилялась мама.

Вахтерша махнула рукой, мол, давай быстрее. Шапки, торчащей из мальчишеского кармана, она не заметила.

От гардеробов он, как секретный агент, на носочках перебежал к коридору первого этажа.

До поворота к лестницам оставалось несколько шагов, когда в узенький коридор прям-таки вылетела Лена.

– Ой, Никитос, – заалела она. – Приветик. А ты кого ждешь?

«Уж не тебя», – подумал Никита. Лена не вызывала в нем никаких чувств, кроме неприязни. Идеально накрашенная, но несимпатичная девица: глазенки рыбьи, белесые волосенки зализаны, губки надуты от вечного недовольства.