Последняя из рода Блау

С другой – тетя старше по возрасту и силе, но не титулу, и малую печать Блау дядя оставил мне, так что де-факто Старшая я, и на моей территории происходит беспредел.

Великий, как просто было на войне! Никаких особенных имперских родовых заморочек. В операционной целителей все границы как-то сами по себе незримо стираются.

Мне хотелось побегать и подумать.

Разложить по полочкам полученную информацию, отфильтровать вскользь брошенные фразы, жесты, еще раз оценить взгляды. На душе было беспокойно и муторно, как будто я что-то упустила.

На улице дышалось вкусно – свежо и холодно. Мягкие замшевые сапожки промокли от росы, то и дело под ногами хрупал первый осенний ледок. Хорошо!

Мастер Ликас нагнал меня на втором круге и, снизив скорость, пристроился рядом, бок о бок.

Я бежала молча, экономя силы и дыхание. Сам скажет, что хотел.

– Мисси, поговорить бы… – Ликас зашел напрямую. Аларийцы вообще не любят словесные экивоки. Прямой путь – самый короткий путь, но если не хотят говорить, и слова не вытащишь, или напустят такого туману, что сам не рад будешь, что спросил.

И – «мисси», не «госпожа», исключительно аларийский вариант обращения к юным незамужним леди, значит, тема важная.

Про проверку Нэнс знают наверняка уже все. Я до сих пор не понимаю, как работает этот их коллективный аларийский разум. Но то, что знает один алариец в поместье, всегда знают все.

– Наши волнуются. Не раз и не два были попытки убрать воспоминания.

Я резко затормозила и бросила острый взгляд на мастера.

– И у меня. – Ликас спокойно пожал широкими плечами. – Не самих, нас не трогают, вы же знаете. Другие. То разговора не помнят, то ленты потеряли, то куда-то ларь из-под муки делся. Вчера, в вечерней смене… Гая знаете? Так вот, он забыл, что племянницу Маги на свидание звал после склянок.

Да уж, если можно поверить в мелкие совпадения, то племяшка Маги имела настолько впечатляющие формы, глядя на которые исходило слюной все мужское население поместья младше ста, что забыть про свидание с такой красоткой…

– Как давно?

– Да почитай уже пару зим как.

Разбираться начали, так и припомнили, самое раннее по весне было, когда старую запруду унесло. – «Как раз тогда, когда вам мастера-наставника Виртаса из столицы выписали», – невысказанные слова повисли в воздухе.

Ликас никогда не называл Виртаса наставником. Максимум – «мастер» и «сир», и то с определенным высокомерным превосходством, свойственным всем аларийцам.